КИР-2016

Иностранцы о России конца 17 века

Гильдебрант фон Горн


В начало

Мужской портрет
Мужской портрет
17 век

Чиновник немецкой канцелярии датского короля Кристиана V фон Горн (1655 - 1686 гг.) был неплохо подготовлен к миссии "великого и полномочного посла" в России. Впервые он посетил Москву в 1676 - 1678 гг. в качестве секретаря посольства Ф. Габеля. Изучив русский язык, Горн в 1681 г. уже выполнял в столице Российского государства самостоятельную миссию. Он приложил немалые усилия к тому, чтобы произвести благоприятное впечатление на царский двор, и даже писал стихи на русском языке. Старания Горна были небезуспешны: на прощальной аудиенции в декабре 1681 г. ему от имени царя Федора Алексеевича были пожалованы 12 прекрасно переплетенных русских книг (необычный в дипломатической практике дар) "в память о царе и для практики в русском языке".

Знание московского двора позволило датскому послу, вновь выехавшему в Россию весной 1682 г., сориентироваться в обстановке. Он задержался в Гамбурге, дожидаясь от своих осведомителей сведений о Москве. Уже будучи в Смоленске, Горн узнал о бегстве царского двора из Москвы в Троице-Сергиев монастырь и сборе там дворянского ополчения. Тогда посол поспешил приехать ко двору и предложил царям Ивану и Петру Алексеевичам свою шпагу. Этот поступок поставил его в более выгодное положение по сравнению с его основным конкурентом, нидерландским резидентом Келлером, который в разгар восстания покинул двор.

Расположение двора к Горну, его давние связи, знание языка и дипломатические способности не оказали влияния на результаты основной миссии посла, хотя в донесениях в Копенгаген он нарочито рисовал себя едва ли не творцом внешнеполитического курса России. Анализ дипломатических документов позволяет утверждать, что тщеславный посол, вознамерившийся, по его словам, "европеизировать московитов" и познакомить их с "европейской конъюнктурой", на деле сыграл роль марионетки в руках опытных российских дипломатов. И в 1681, ив 1682 - 1684гг. Посольский приказ стремился стимулировать усилия Дании по заключению русско-франко-датско- бранденбургского военного союза, угроза создания которого должна была подталкивать Швецию к пролонгации Кардисского мира 1661 г. на русских условиях.

Поэтому российские дипломаты, несмотря на принадлежность внутри России в противоборствующим группировкам, единодушно выступали перед Горном с неофициальными (и нередко оплаченными послом же) заявлениями, поддерживавшими надежду Дании втянуть Россию в кровопролитную войну со Швецией (в чем и состояла секретная часть миссии Горна). Они сумели выяснить у неосторожного посла планы Дании, о которых тут же (и опять неофициально) позволено было узнать шведским эмиссарам. Однако официальная задача Горна по укреплению дружественных отношений между двумя странами в качестве фактора поддержания мира на Балтике, равно выгодная и Дании, и России, была успешно решена престижным для обоих партнеров договором о посольском церемониале.

Честолюбивые замыслы Горна не осуществились, и по этой части его обещаниям Кристиану V не суждено было исполниться. Зато его донесения, посвященные событиям в России, стали уникальным источником о восстании 1682 года.



Иржи Дэвид


В начало

Католический монах
Католический монах
Художник Петер Рубенс

Отец Иржи Давид — чешский католический священник, автор трактата «Современное состояние великой России или Московии».

Родился 26 июня 1647 года в Чехии, в 17-летнем возрасте вступил в новициат Общества Иисуса.

В 1669 году Иржи Давид переехал в Моравию.

В 1681 году преподавал еврейский язык в Оломоуцком университете, с 1682 года преподавал в Брно. В этот момент Иржи Давид обратился к руководству ордена с просьбой отправить его с миссионерской целью в какую-нибудь страну, ему очень хотелось отправиться проповедовать христианство в одну из колоний Испанской короны — Филиппины, Марианские острова или Парагвай. Однако руководство приняло решение отправить его в Московию.

В августе 1686 года Иржи Давид прибыл в Москву в качестве замены Альберта де Бойе, который умер годом раньше.

В 1689 году в Москву на короткое время прибыл другой чешский иезуит Тобиаш Тихавский, заменивший уехавшего немецкого иезуита.

В 1689 году после низложения регентши Софьи иезуиты по настоянию патриарха были высланы из Московии. После возвращения домой Давид жил в Силезии и Чехии.

В 1691 году он вновь обратился к руководству с просьбой отправить себя в миссионерскую поездку, однако его просьбы оказались не исполненными.

Иржи Давид не только выполнял важные поручения ордена, но был ещё и литератором. Все дошедшие до нас работы Иржи Давида связаны с его миссией в Московию. Неизвестно, писал ли он что-либо до этой поездки и позднее, вернувшись домой. Но независимо от этого, пребывание в Москве дало богатую пищу уму чешского иезуита.

Его работы представляют большой интерес как документы очевидца московской жизни, о которой тогда в Чехии знали очень мало. Находясь в Москве, Давид составил по просьбе бельгийских болландистов для «Acta Sanctorum» справку о святых, отмечаемых Русской православной церковью. Свой материал Давид отослал в Бельгию в 1688 году под следующим названием, написанным по-русски в латинской транскрипции: «Sobornik dva na desiatem meisicem». На эту рукопись, ныне хранящуюся в Королевской библиотеке в Брюсселе, имеются ссылки в публикациях болландистов.

Также Давид пишет отчёт об изгнании иезуитов из России, очевидно, предназначая его для руководителей ордена. Этот отчёт, опубликованный в своё время Иваном Гагариным, был включён Давидом затем в состав своего трактата «Современное состояние великой России или Московии». Год спустя на основе обработки «Грамматики» Мелетия Смотрицкого Давид издал в Нисе русский букварь — первый отпечатанный типографским способом за пределами России труд такого рода, сознательно предназначавшийся составителем для лиц, стремившихся изучить русский язык.

Но, конечно, главным и наиболее важным трудом Давида является трактат «Современное состояние Великой России, или Московии», написанный в 1690 году. Он остался в рукописи, которая в середине XVIII века принадлежала чешско-силезскому просветителю Леопольду Шершнику, а позднее перешла в городской музей Тешина.

Умер Отец Иржи Давид от чумы в 1713 году в Праге.



Фуа де ла Невилль


В начало

Иностранные посланники в Посольском приказе
Иностранные посланники в Посольском приказе
Художник Шварц В.Г.
1867

О происхождении Невилля и его деятельности вплоть до 80-х гг. XVII в. почти ничего не известно. Известно, что Невилль был родом из Бове, был дворецким брата короля, исполняя эту обязанность, он заслужил почетную привилегию быть простым камер-юнкером его величества короля. Сама по себе подобная служба свидетельствует о знатном происхождении.

В середине 80-х гг. Невилль находится при дворе польского короля Яна III. К этому времени он находился в Польше тринадцать или четырнадцать лет. «Он послан к нескольким иностранным дворам, где заставлял видеть в себе не простого курьера, а человека с достоинством... Надеясь получить подобное поручение (т.е. быть отправленным в качестве посланника к какому-либо двору), он прибыл к этому двору, где он был хорошо знаком маркизу д'Аркьену, отцу королевы...»

В результате настойчивых ходатайств Невилль отправился в качестве чрезвычайного посланника к савойскому герцогу Виктору Амадею II, чтобы добиться от него военной помощи для борьбы с турками. Которая была обещана еще в 1678 г. Миссия привела Невилля в Венецию, где он, дожидаясь герцога, добился аудиенции у венецианского дожа, не имея к нему ни писем, ни рекомендаций. Невилль был принят дожем как знатный путешественник.

Домерак, бывший в это время в Венеции, вспоминал: «С вечера Невилль предупредил весь трактир об аудиенции, которая будет дана ему вечером, пообещав тем, кто хотел видеть дожа, провести их. Но на самом деле он набрал людей, которые должны были сопровождать его, как если бы он был послом. Через небольшое время Невилль был приглашен (к дожу), но привратник закрыл за ним дверь и задернул портьеру, оставив весь кортеж в передней». После венецианский дож узнал, что Ян III отправил ко всем итальянским князьям курьеров с целью оповестить их о «Вечном мире», заключенным с Россией, согласно которому Россия вступала в антитурецкую коалицию и становилась союзницей Венеции.

В 1688 г. Невилль отправляется по поручению польского короля в Лондон для поздравлений Якову II Стюарту по случаю рождения наследника. Получив аудиенцию у особ королевской крови, Невилль пробыл в Лондоне до декабря. Пребывание Невилля в Лондоне совпало со Славной революцией и сменой династии на английском престоле. Из Лондона Невилль отправился во Францию, но уже 19 апреля 1689 г. был в Варшаве.

Следующая миссия Невилля была в Москву. 1 июля 1689 г. Невилль получил поручение польского короля, которое и выполнял в дальнейшем. 19 июля он выехал из Варшавы, а в первых числах августа пересек русскую границу. Скорее всего в России он действовал под чужим именем. Невилль прожил в Москве около пяти месяцев. Его пребывание совпало с временем раскрытия заговора Шакловитого и бегства Петра в Троицкий монастырь и последующими бурными событиями, приведшими к падению царевны Софьи. Невилль лично знал обоих Голицыных, познакомился с молодым Матвеевым, видел Петра, Ивана, Софью. Наблюдал много сам, много узнал от польского и голландского резидентов. Известно, что во время своего пребывания в России Невилль был под стражей.

Согласно самому Невиллю, целью его миссии было выведать содержание переговоров русского двора с шведским и брандербургским. Известно также, что Невилль привез письма для В.В. Голицына от канцлера Великого княжества Литовского.

Последующая дипломатическая деятельность Невилля связана с германскими герцогствами, вовлеченными в антифранцузскую Аугсбургскую лигу. Необходимо было срочно решать вопрос о прорыве дипломатической изоляции, в которой оказалась Франция к 1689 г. Именно этим в рамках некого неформального франко-польского сотрудничества и занимался Невилль. Его деятельность более всего походит на военно-политический шпионаж: он совершает поездки по Европе, поздравляя или принося соболезнования коронованным особам от имени польского двора по тому или иному случаю. Пользуясь положением посланника, перевозит тайные письма. Невилль пишет, что, выполняя эти поручения, он переезжал «от двора ко двору», где был хорошо известен и всегда хорошо принят» и разузнавал «состояние дел князей».

После возвращения из России, в Варшаве Невилль приступил к отделке своего сочинения, в основу которого легли дневниковые записи, сделанные автором еще в России. Благодаря связям при варшавском дворе он смог заполучить донесения польских представителей в России, чем обогатил свое сочинение. «Записки» Невилля были изданы в Париже в 1698 г., появившись на свет, они сразу же вызвали дипломатический конфликт. Выход в свет «Записок» был приурочен к Великому посольству и попытке России в очередной раз создать широкую антитурецкую коалицию. В этих условиях выход в свет «Записок» был воспринят как враждебная России выходка, а сами «Записки» как антипетровский памфлет. Второе издание вышло в Гааге в 1699 г. Через пятнадцать лет во Франции книга была объявлена недобросовестной компиляцией. А ее автор отождествлен с известным литературным мистификатором. И только в нашем веке было установлено авторство «Записок о Московии».



Бочкарев Н.В._"Московское государство 15-17 вв по сказаниям современников иностранцев"

Шлейссингер Георг-Адам


В начало

Мужской портрет 17 век
Мужской портрет
17 век

Георг-Адам Шлейссингер родился в Саксонии около 1660 г. Получил университетское образование (вероятно, в Йене), был магистром юриспруденции. О его социальном происхождении данных нет, а о роде занятий известно лишь, что он был "литератом", то есть занимался литературной деятельностью.

Шлейссинг много путешествовал по разным странам. В конце марта 1684 г. он прибыл в Россию. О цели его путешествия ничего определенного сказать нельзя. Правда, в июне 1684 г., когда в царский дворец следовало посольство Саксонского герцогства, Шлейссинг находился в его составе и нес герцогские грамоты.

Из России он уехал не позднее 1686 г., как это видно из текста рукописи, где сказано, что царю Петру было около 14 лет, когда Шлейссинг возвратился в Саксонию.

Прибыв в Москву, Шлейссинг, по-видимому, не выезжал за ее пределы, о чем свидетельствуют его рассказы о Русском государстве того времени. Возможно, Шлейссинг приехал в Москву, чтобы поступить на царскую службу. Некоторые данные, казалось, подтверждают это предположение. На титульных листах части своих сочинений он добавляет к собственной фамилии слова "бывший капитан царской службы" (в других случаях - "капитан-лейтенант").

Однако достоверность этого указания вызывала справедливое сомнение еще в литературе прошлого века, поскольку упомянутый чин Шлейссинг прибавлял к фамилии лишь в позднейших изданиях своих трудов. В России он был только один раз.

Вернувшись в Германию, Шлейссинг в течение ряда лет издавал свои записки о Русском государстве. В них наряду со сведениями, собранными им как очевидцем, постепенно появлялись новые, порой явно вымышленные данные о России.