КИР-2016

Опричники

Басманов Алексей Данилович

В начало

В роли Басманова народный артист СССР А. М. Бучма (1881–1957).
В роли Басманова народный артист СССР А. М. Бучма (1881–1957).

Алексей Данилович Басманов (ум. 1570/71) — боярин (с 1555 г.) и воевода Ивана IV. За храбрость, проявленную при осаде Казани в 1552, пожалован придворным чином и должностью окольничего, один из предводителей опричнины. Сын Даниила Андреевича Плещеева, прозванного Басманом и погибшего в литовском плену.

Впервые упоминается в истории в 1543 г. Он был тогда на стороне Шуйских и вместе с другими боярами, их приверженцами, участвовал в преследовании Федора Семеновича Воронцова, пользовавшегося расположением Иоанна IV .

В 1552 г. отличился при осаде Казани, обнаружив свою храбрость во время одного приступа на крепость вместе с знаменитым князем Воротынским и в этом же году был пожалован чином окольничего. Через три года ему представился случай вновь показать свою замечательную храбрость и способности: с 7000 солдат он в 1555 г. полторы суток выдерживал натиск 60-тысячного крымского войска, вождем которого был сам хан Девлет-Гирей . В следующем году он получает боярское звание и назначается вторым наместником в Новгороде.

О посылке государевой на стада Крымские.
Лицевой летописный свод: «О посылке государевой на стада Крымские.»
В том же году в месяце июне послал государь на стада крымские воевод в Мамаилуе: в большом полку боярина Ивана Васильевича Шереметева да окольничего Льва Андреепича Салтыкова, в передовом полку окольничего Алексея Даниловича Басманова

С открытием в 1558 г. Ливонской войны Алексей Данилович покидает Новгород и принимает деятельное участие в этой войне. Взятием Нарвы и участием в осаде Полоцка окончательно утверждается слава его, как храброго военачальника.

Но этим военные подвиги Алексея Даниловича не кончаются. После 1563 г., когда был взят Полоцк, военные действия на время как бы прекращаются, и некоторые отряды русских войск получили возможность вернуться на родину. В числе удалившихся был и Алексей Данилович Басманов. Проживая в своем богатом поместье на берегу Оки, он в 1564 г. узнает о нашествии Девлет-Гирея. Тотчас вооружил он своих людей и вместе с сыном Федором Алексеевичем засел в Рязани, на которую наступал Девлет-Гирей. Но несмотря на ветхость стен, крымцам не удалось взять города: все их отчаянные приступы были безуспешны вследствие храброй и искусной защиты Алексея Даниловича Басманова.

Татары гонят плен
Татары гонят плен. Рисунок XV в.

Предположительно один из основателей опричнины - план ее создания, по некоторым известиям, принадлежал Алексею Даниловичу Басманову «с товарищами». Басманов имел большое влияние на Ивана IV, от его имени изгнал из храма митрополита Филиппа (1568).

В 1570 г. некто Петр Волынец донес государю о том, что новгородцы сносятся с польским королем и желают восстановить свои прежние привилегии и что у тех уже написана грамота об этом и положена в Софийском соборе за образом Богоматери.

Произошел известный разгром Новгорода и началось расследование дела. При расследовании погибло много именитых граждан, в том числе и любимцы Иоанна: Алексей Басманов и его сын Федор, обвинявшиеся в сношениях с Новгородцами и намерении посадить на трон Владимира Андреевича Старицкого. После раскрытия и ликвидации новгородского заговора (1569-1570) обвинен в измене и вместе со своим сыном Федором казнен. По другим данным, умер в опале на Белоозере.



Безнин Михаил Андреевич

В начало

Иосифо-Волоколамский монастырь
"Взятие Иваном Грозным крепости Кокенгаузен". Событие 1577 года.
Художник П.П. Соколо-Скаля
1943 год

Михаил Андреевич Безнин-Нащокин — русский служилый человек, опричник. Жил в XVI веке. Происходил из дворянского рода Нащокиных.

Впервые Михаил Безнин упоминается в 1550 году — в Тысячной книге, где он был записан в третьей статье. По списку служилых людей, который содержала эта книга, была сформирована «Избранная тысяча», представители которой занимали важные должности в поместном войске.

В 1558—1559 он был назначен головой при первом воеводе большого полка, которые стояли на берегу Оки для защиты от крымского нападения.

В 1559—1560 принял участие в ряде походов Ливонской войны в должности головы.

В 1560 участвовал в штурме Алыста, а затем ходил к Вильянди.

В 1563 году в должности есаула участвовал в осаде Полоцка, где отличился тем, что во время переговоров воеводы Ивана Черемисинова с полоцким писарем Лукашем об условиях сдачи города подъехал к ним, и потребовал заканчивать переговоры — «государевой рати без дела почто томиться?» Эта выходка, вероятно, была заранее спланирована и оказала определённое психологическое влияние на Лукаша. После взятия Полоцка он был отправлен сеунчом с этим известием в Новгород, Псков и Юрьев.

Летом этого же года Безнин принял участие в переговорах с литовскими послами; осенью выполнял должность пристава к литовскому послу.

Михаил Безнин одним из первых вступил в опричнину, и в опричных разрядах появился уже в сентябре 1565 года, когда с князем Д. И. Вяземским ходил из Москвы под Болхов.

В сентябре 1567 года был под Калугой вторым воеводой передового полка, в 1568—1569 — вторым воеводой большого полка под Тулой, затем опять под Калугой.

Вместе с князем П. И. Барятинским принял участие в восстановлении укреплений Москвы после её сожжения в результате крымского похода. Вскоре за тем на несколько месяцев был назначен в дядьки к царевичу Фёдору Ивановичу. Затем был назначен воеводой и руководил строительством укреплений.

В 1571—1572 был первым воеводой в Ругодиве.

Остатки замка Пайду
Остатки замка Пайду (Вейсенштейн)

В январе 1573 участвовал в штурме Пайды, где был оставлен наместником. В этом же году одержал победу под Колыванью: «И воевода Михайло Безнин по государеву указу под Колыванью был, и колыванские места воевал, и многих немецких людей побил, и языки поимал».

Как и его двоюродный брат Роман Васильевич Алферьев, активно участвовал в местнических спорах с целью продвижения по службе. Когда в 1582 году Михаил Андреевич проиграл местническое дело, то «от той боярской обвинки хотел постритца», в результате сам Иван Грозный пересмотрел это дело в пользу Безнина.

В сентябре этого же году получил чин думного дворянина и стал полноправным членом Боярской думы.

В 1582 году Михаил Безнин участвовал в походе на шведов в качестве третьего воеводы большого полка, одержав вместе с Дмитрием Хворостининым победу в битве под Лялицами.

В 1584 году ходил казанский поход, затем участвовал в отражении крымского набега на Оке.

В 1586 году участвовал в царском походе к Новгороду, а затем находился в Польше в составе «великого посольства».

В 1584 году умер царь Иван Грозный. Когда к власти пришёл Борис Годунов, в опалу попали многие знатные люди, в том числе Роман Алферьев. Михаил Безнин решил не дожидаться опалы — и, если в январе 1586 года упоминается о его победе в местническом деле, то в августе он уже упоминается в документах Иосифо-Волоколамского монастыря как новый монах — «старец Мисаил Безнин». Вскоре он занял руководящее положение в монастыре и во всех документах упоминался сразу же после игумена.

Иосифо-Волоколамский монастырь
Иосифо-Волоколамский монастырь

В 1591 он начал широкую ростовщическую операцию — зажиточным крестьянам были выданы деньги взаймы для приобретения скота, для взявших деньги был установлен повышенный оброк. В результате на следующий год эти деньги вернулись в монастырь, через год чистая прибыль составила 100 рублей, а впоследствии — по 600 рублей ежегодно. В результате крестьяне и другие монахи эту операцию Михаила Безнина не одобряли; однако это его не остановило — например, по его приказу следовало «прислати в монастырь, сковав, к старцу Мисаилу» крестьянина, не захотевшего взять ссуду, где он обещал его в традициях опричнины обучить, «как ему жити с тое подмоги».

Вскоре Михаил Безнин провёл новую реформу и повысил оброки с крестьян монастырских вотчин. В 1592 году, например, размер оброка, взимаемого со слободы Осташково, возрос вчетверо. В результате осенью 1593 года вспыхнули крестьянские восстания. В связи с этим приехала комиссия из Москвы. Кроме того, монахи также были недовольны, поэтому у них с Безниным возникали постоянные конфликты.

В феврале 1594 года крестьян удалось усмирить, причём Безнин наложил на зачинщиков крупные денежные штрафы, но от своих реформ всё-таки отказался, а потом и сам был вынужден уйти из монастыря.

Известен также тем, что, будучи в монастыре, составил летописец за 80—90-е годы XVI века. В 1598 году он уже был монахом в Троице-Сергиевом монастыре, где подписал грамоту об избрании на царство Бориса Годунова. К этому моменту Михаилу Безнину было около 70 лет, а данное упоминание о нём является последним.



Вяземский Афанасий Иванович

В начало

Ф. Шаляпин в роли А.Вяземского опера
Ф. Шаляпин в роли А.Вяземского опера "Опричник"

Вяземский Афанасий Иванович (прозвище Долгой) (? - около 1570/71), князь, русский государственный деятель и дипломат, боярин (с 1569). Из рода Вяземских.

С начала 1550-х годов вместе с братьями входил в Государев двор, записан среди «литвы дворовой», служившей «по Костроме».

В 1553 году назначен стольником на двор к Симеону Касаевичу (бывший казанский хан Ядгар-Мухаммед).

Во время Полоцкого похода 1562-63 умело навёл порядок в движении войск. Вошёл в число ближайших советников царя Ивана IV Васильевича Грозного, в декабре 1564 года сопровождал его во время отъезда в Александровскую слободу.

По данным Г. фон Штадена, наряду с боярином А. Д. Басмановым и постельничим П. В. Зайцевым в 1565 году производил набор в опричнину из числа детей боярских Суздальского, Можайского и Вяземского уездов.

В 1566 году на Мезени межевал опричные и земские земли. В опричнине Вяземский сделал блестящую карьеру, получил думный чин оружничего (между 1565 и 1566; фактически равнялся чину окольничего).

В июне 1566 года на мирных переговорах с послами Великого княжества Литовского (ВКЛ) упомянут как окольничий, оружничий и наместник Вологды.

В феврале 1567 года вместе с Басмановым заключил в Александровской слободе союзный договор со шведскими послами.

В сентябре 1567 года в качестве 2-го дворового воеводы и оружничего участвовал в походе из Новгорода на земли ВКЛ.

Вяземский имел большое влияние на царя. В Александровской слободе занимал должность келаря. Из его рук Иван IV принимал лекарства. Вяземский участвовал в тайных переговорах царя с английскими послами А. Дженкинсоном (сентябрь 1567, Москва) и Т. Рандольфом (февраль - июнь 1569, Москва, Вологда), целью которых должен был стать военный союз между Русским государством и Англией, а также получение Иваном IV гарантий на случай его бегства с семьёй в Англию.

В 1568 году Вяземский (вместе с Г. Л. Скуратовым-Бельским и В. Г. Грязным) расследовал так называемый заговор конюшего И. П. Фёдорова в пользу старицкого князя Владимира Андреевича.

В конце 1569 - начале 1570 года участвовал в карательном походе опричников на Новгород и Псков.

Казнь боярина
Казнь боярина
художник В.Владимиров

Летом 1570 года попал в опалу. Согласно официальной версии, её причиной стало то, что Вяземский вместе с архиепископом Пименом, И. М. Висковатым, А. Д. и Ф. А. Басмановыми и др. якобы вёл переговоры «о здаче» Новгорода и Пскова польскому королю Сигизмунду II Августу. По сведениям А. Шлихтинга, Вяземский пострадал главным образом из-за доноса опричного ловчего Г. Д. Ловчикова, который уверял, что Вяземский будто бы предупредил архиепископа Новгородского Пимена о походе опричников 1569-70. Подозрения царя усиливали связи Вяземского с земщиной (сестра Вяземского была замужем за Н. А. Фуниковым-Курцовым, чьи родственники погибли во время опричного разгрома Новгорода).

Опала началась с того, что были убиты слуги Вяземского (их повесили у входа в его дом) и один из его братьев. Затем сам Вяземский, скрывавшийся первые 5 дней от опалы в доме царского врача А. Лензея, был отставлен от службы и «взят на правёж» (приговорён к выплате крупного денежного штрафа), его имущество было конфисковано. Не выдержав ежедневных наказаний на рыночной площади, Вяземский был вынужден оговорить московских торговых людей, которые якобы были должны ему деньги. По данным Штадена, Вяземский умер в тюрьме на Городецком посаде «в железных оковах».

Имя Вяземского, в отличие от его слуг, отсутствует в «Синодике опальных царя Ивана Грозного» (1583), фактически представляющем собой список посмертно реабилитированных жертв опричного террора.



Грязной Василий Григорьевич

В начало

Грязной Василий Григорьевич — дворянин, опричник и один из приближённых Ивана Грозного.

Был выходцем из незнатной дворянской семьи. Отец Василия Грязного, Григорий Васильевич Грязной-Ильин с 1519 года находился на службе у князя Андрея Ивановича Старицкого.

Василий Григорьевич свою карьеру начал на службе у старицких князей. Был, по словам Ивана Грозного, «мало что не в псарях» у князя Ю. А. Пенинского в Алексине.

После присоединения Алексина к опричным владениям в 1566 году поступил на царскую службу, был зачислен в опричники. С этого момента начался его небывалый взлёт.

Во время похода в Ливонию в 1567 году находился в числе голов в государевом полку.

Опричники в доме боярина
"Опричники в доме боярина"
Новоскольцев А.

В 1568 году вместе с Афанасием Вяземским и Малютой Скуратовым участвовал в санкционированных царём нападениях на дома знатных людей и похищении их жён. Вместе с Малютой Скуратовым принял участие в суде и расправе над удельным князем Владимиром Андреевичем Старицким.

К 1570 году занял главенствующее положение в руководстве опричнины. Обладавший живым воображением и своеобразным чувством юмора, Грязной понравился царю, который приблизил опричника к престолу. Под 1570 годом имеется упоминание о том, что Грязной занимал чин думного дворянина «из опричнины».

В 1571 году находился в числе дворян государева стана, участвовавших в походе царских войск на Серпухов.

Опричники в доме боярина
На сторожевой границе Московского государства
С. В. Иванов. 1907

В ноябре 1571 года не был приглашён на свадьбу царя с Марфой Собакиной. С этого времени его роль при дворе стала постепенно снижаться. Родственник фаворита Григорий Меньшой Грязной, занимавший должность начальника и судьи опричного Земского двора в Москве, был убит, а его сын был сожжён заживо.

После смерти царицы Марфы Собакиной и отмены опричнины положение Грязного пошатнулось.

В 1573 году во время похода на Пайду вместе с Малютой Скуратовым был послан на приступ в пролом крепости. Во время приступа Малюта Скуратов был убит. После этого Грязной и его родственники были удалены из опричной думы, а сам Грязной получил назначение на воеводство в Нарву, а оттуда — в Донец.

Во время степной разведки на крымской границе был взят в плен татарами. Находясь в плену, переписывался с Иваном Грозным. Татары желали выменять Грязного на находившегося в русском плену крымского полководца Дивея-мурзу, либо получить огромный выкуп в 100 000 рублей. Несмотря на просьбы Грязного об освобождении, высказанные им в первом письме к царю, был выкуплен только в 1577 году за 2 000 рублей.



Малюта Скуратов

В начало

Малюта Скуратов
Царский указ. Малюта Скуратов
Рыженко П.В.

Скуратов-Бельский Григорий Лукьянович (по прозвищу Малюта) (?-01.01.1573 г.) — приближенный царя Ивана IV Грозного, один из руководителей опричнины, думный дворянин (с 1570 г.).

Происходил из захудалой ветви рода Плещеевых. Впервые о Скуратове заговорили в 1561 г., когда он стал ближайшим помощником царя в искоренении боярской крамолы. После учреждения в 1565 г. опричнины Скуратов занял одно из первых мест в Александровской слободе и был пожалован Иваном IV званием «нараклесиарха» — пономаря черного опричного братства. Сам царь принял чин «игумена». Когда рано утром, в 4 часа утра, «игумен» с фонарем в руке поднимался на колокольню, там уже ждал его верный «пономарь» Гришка. Они вместе били в колокола, созывая членов своего опричного «ордена» на раннюю заутреню. После молитвы и трапезы начинались дела — выслеживание недовольных и неугодных, пытки и казни. В этом деле Малюта Скуратов выказал особенное рвение. Не случайно царь доверял ему самые сложные и грязные поручения.

Именно Скуратов в 1569 г. «зачитывал» вины князя Владимира Андреевича Старицкого перед его убийством, а в самом конце 1569 г. был послан царем в Тверской Отрочь монастырь, к заключенному там бывшему митрополиту Филиппу (Колычеву). Царь просил о благословении похода на Новгород, но узник отказал его посланцу. Воспользовавшись этим отказом как предлогом, Малюта задушил бывшего митрополита.

Иван Грозный и Малюта Скуратов
Иван Грозный и Малюта Скуратов.
Седов Г.С. (1870)

Во время Новгородского похода 1570 г. Скуратов командовал опричным войском. О роли,сыгранной им во время этого погрома, свидетельствует «Синодик» Ивана Грозного: «По Малютине скаске в ноугороцкой посылке Малюта отделал (истребил) 1490 человек (ручным усечением), из пищали отделано 15 человек».

В 1571 г. вел следствие о причинах победы крымского хана Девлет-Гирея над русским войском.

Царь благоволил к своему любимцу, жаловал деньгами, вотчинами, чинами. Выходец из незнатного рода Скуратов-Бельский стал думным дворянином, смог выдать своих дочерей за представителей знатнейших в государстве Московском фамилий. Одну — за двоюродного брага царя князя И. М. Глинского, другую — за Б. Ф. Годунова, третью — за князя Д. И. Шуйского.

В отличие от других видных опричников Скуратов избежал царской опалы и казни. Жестокий палач, мастер сыска и расправы, он кончил жизнь героем — погиб в Ливонской войне, во время штурма ливонской крепости Пайде (Вайсешптайн).



Темкин-Ростовский Василий Иванович

В начало

Свадьба Владимира Старицкого
Лицевой летописный свод: «Свадьба Владимира Старицкого и Евдокии Одоевской.»
О жаловании царя и государя. Той же весной в апреле в 28 день, в неделю вторую после Пасхи святых Жен Мироносиц, женил царь и великий князь государь Иван Васильевич князя Владимира Андреевича, взял за него дочь князя Романа Одоевского княжну Евдокию

Князь Василий Иванович Темкин-Ростовский (ум. 1572) — русский военный и государственный деятель, опричник, боярин и воевода.

Сын воеводы князя Ивана Ивановича Темки Янова-Ростовского. В 1540, 1543 и 1544 годах служил первым воеводою в Рязани за городом.

В 1550 году значился в боярах двоюродного брата Ивана Васильевича князя Владимира Андреевича Старицкого; 31 мая этого года в свадьбу сего князя с Евдокией Нагой сидел четвёртым в кривом государевом столе против Государевых бояр. В 1558 году, 22, 23, 24 апреля во вторую свадьбу князя Владимира Андреевича с княжной Евдокией Одоевской сидел вторым в кривом государевом столе против бояр же. В 1559 году послан в Каширу со своим же князем Владимиром Андреевичем.

После 1563 года, когда князю Владимиру Андреевичу была объявлена опала, в числе других бояр ушёл со службы Старицкого на государеву службу и поступил в опричнину. В 1565 году был послан первым воеводой из опричнины из Москвы против крымцев.

В 1566 году он был пленником в Литве; при начале переговоров об обмене пленных царь Московский, в ответ на предложение обменять Василия Ивановича на полоцкого воеводу Довойну, потребовал с литовцев приплаты 15 тысяч золотых; бояре, ведшие переговоры с литовцами, говорили про Василия Ивановича, что он по сравнении с Довойной «не тое версты; служил в уделе, то селские князя и тово и поминати нечево, что Темкина взяти за Довойна»; переговоры затянулись и лишь в 1567 году Василий Иванович вернулся в Москву, где продолжал службу в опричнине.

Соловецкий монастырь
Соловецкий монастырь

В 1568 году был пожалован в государевы бояре; в этом же году он, согласно Карамзину, «прежде воин именитый, тогда слуга тиранства, подобно Басмановым», был послан в Соловецкий монастырь вместе с епископом суздальским Пафнутием и архимандритом андрониковским Феодосием искать клеветников на митрополита Филиппа: Василий Иванович с другими послами то угрожал монахам, то ласкал их, требуя, чтобы они бесстыдно лгали на своего бывшего игумена; когда, однако, все монахи говорили, что Филипп свят делами и сердцем, и только игумен отец Паисий, прельстившись ожидаемыми наградами, дерзнул утверждать противное, тогда изобретены были доносы и улики и представлены царю Ивану.

В 1570 году в мае месяце во время мирных переговоров с литовцами участвовал в приговоре царя и бояр о рубежах Полоцкого повета и назван при этом «боярином из опричнины»; в июне месяце участвовал в переговорах с литовцами о титуле литовского и польского короля Сигизмунда-Августа.

В 1570 году 4 сентября послан из опричнины по крымским вестям, и указано ему ожидать государева похода, а с 16 числа того же месяца вторым в походе с государем из Александровской слободы к Николе Зарайскому, в Каширу, Коломну и под Серпухов.

В 1571 году находился вместе с государем и князем Черкасским на берегах Оки под Серпуховом воеводою передового полка, будучи в приближённых у государя, а после сего стоял первым воеводой Опричного разряда с дружиною опричников за Неглинною при нашествии на Москву крымского хана Девлета I Гирея; когда же хан ушёл и князю Черкасскому приказано было его преследовать, Василий Иванович в сём несостоявшемся походе назначено было быть правою рукой Черкасского; в этом году он был награждён поместьями, но уже в следующем впал в немилость и казнён вместе с сыном Иваном: «паки потом тех же княжат Ростовских, иже и здесь страдал за него Василий Темкин с сыном своим, разсеканы от кромешников его, катов избранных, за повелением его».

Единственный сын — Иван Васильевич Темкин-Ростовский, опричник, воевода в большом и сторожевом полках, был казнен вместе с отцом в 1572 году.



Тетерин Тимофей Иванович

В начало

Стрелец. 16 век
Стрелец. 16 век

Тимофеи Иванович Тетерин-Пухов происходил из неродовитой, но заслуженной суздальской дворянской семьи. Отец и дед Тетерина имели дьяческие чины и отличились на дипломатическом поприше. Дед, Василий Тетерин, был дьяком в Великом Новгороде, а в 1516 г. принимал участие в посольстве к императору Священной римской империи Максимилиану. Отец, Иван Пух Тетерин, в 1538 г. был послом в Казани: в последний раз он упоминается в 1549 г. в связи со свадьбой старицкого князя Владимира Андреевича. В том же 1549 г. Тимофей Тетерин начал свою государскую службу. Как «Тимошка Пухов сын Тетерин » он назван в Разрядах в качестве сына боярского «у коня государева» во время похода на Казань.

В 1550 г. Тимофей был зачислен в «тысячу лучших слуг» — в состав выборных дворян со всего Московского государства. Неизвестно, участвовал ли он в казанском взятии 1552 г. (во время которого погиб его дядя. Селиван Тетерин), лишь в 1555 г. мы находим его в должности начальника над служилыми татарами в Соли Вычегодской.

Но военная судьба Тимофея оказалась связана не с детьми боярскими и служилыми татарами, а со стрельцами. Созданное в 1550 г. и вооруженное огнестрельным оружием стрелецкое войско стало первой на Руси постоянной армией.

Как стрелецкий командир, «голова», Тимофей Тетерин весной 1556 г. участвовал в боях со шведами под Выборгом, «добивал немцев» из пушек и пищалей.

После взятия Казани власть московского государя признала и Астрахань. Но посаженный с русской помощью на астраханский престол хан Дербыш-Алей изменил Москве. Тогда в 1556 г. вниз по Волге были отправлены стрелецкие отряды под началом Ивана Черемисинова, Федора Писемского и Тимофея Тетерина. «И велел (царь Иван Грозный. — А. М.) им ити к Асторохани в судех и промышляти своим делом, как им милосердный Бог подаст», пишет летопись.

Милосердный Бог помог русским стрельцам — Астрахань была взята и приведена к присяге на царское имя. Стрелецкие головы совершили несколько походов против татар, доходя до самого Каспийского моря. В одном из походов стрельцам Писемского и Тетерина удалось ночью напасть на лагерь мятежного астраханского царька Дербыш-Алея и разгромить его отряды. Однако наутро к астраханцам подошли крымцы и ногаи, и русскому отряду пришлось с боем пробиваться к Волге: «И отошли головы со всеми людьми, дал Бог, здорово». Астраханский хан Дербыш-Алей вскоре прекратил сопротивление и провел остаток своих дней в изгнании в далекой Мекке. Так, вся Волга от истоков и до устья вошла в состав Русского государства.

Стрелецы в бою
Стрелецы в бою

Через два года мы снова встречаем Тимофея Тетерина на северо-западе России. 22 января 1558 г. русские войска перешли границу Ливонского ордена — начиналась та война, которой суждено будет войти в историю под названием Ливонской.

Выйдя из Пскова, московские полки прошли огнем и мечом Ливонию «вдоль на полтораста верст, а поперек на сто верст» и, обогнув Чудское озеро, вышли на русскую территорию в районе Нарвы. «А Немецкую землю повоевали и выжгли и людей побили в многих местех и полону и богатства множество поимали», — докладывал царю стрелецкий голова Тимофей Тетерин посланный в Москву с вестью об успешной экспедиции. Этот поход показал военную слабость Ордена, и московское правительство приняло решение военной силой добывать Ливонию и пробивать выход к морю.

Во время штурма Нарвы войсками А. Д. Басманова, стрельцы Тимофея Тетерина и Андрея Кашкарова взяли Русские ворота города и открыли их для русских воинов. Тимофей Тетерин принимал участие во многих боях и осадах в Ливонии и еще дважды возил Ивану Грозному радостные вести о взятии немецких городов Сыренска и Юрьева (Дерпта). Здесь, в Юрьеве, расходятся дороги Алексея Басманова и Тимофея Тетерина и сходятся дороги Тетерина и князя Андрея Курбского. Под началом Курбского Тимофеи Тетерин ходил в походы на немцев, вместе они оказались и в изгнании.

Но удачная военная карьера Тетерина вскоре прервалась. За неизвестную провинность царь положил на него опалу, как на «зловерного единомысленника» Курбского и Адашева. Впоследствии Иван Грозный писал, что хотел было поначалу казнить Тетерина, но потом «пожаловал» его: Тимофей Тегерин всего лишь был сослан в Антониев-Сийский монастырь и насильственно пострижен там в монахи под именем Тихона. Царское «пожалование» не пришлось по душе иноку Тихону, и в 1563 г. он бежал из монастыря в Литву, где вскоре оказался и его друг и покровитель князь Андрей Курбский. По свидетельству немца-опричника Генриха Штадена, Тетерин явился к польскому королю в монашеском платье и клобуке — дело, неслыханное для того века! Иван Грозный, сочетавший в себе исключительную жестокость с глубокой набожностью и истовой обрядностью, был взбешен поступком Тетерина. По описи Царского архива известно сыскное «дело Ондрея Кашкарова да Тимохина человека Тетерина Поздячка, что они Тимохиным побегом промышляли». По-видимому, стрелецкий команди р Андрей Кашкаров не оставил в беде своего боевого товарища Тимофея, за что и поплатился собственной головой. Разъяренный парь казнил его, а также вырезал семью Тетериных «всеродне» — в царском синодике по опальным и казненным значатся 17 родственников Тимофея.

Из ливонского города Вольмара Тимофей-Тихон Тетерин и другой беглец, Марк Сарыхозин обратились с посланием к наместнику Юрьева боярину М. Я. Морозову, который в своем письме назвал беглецов изменниками. В ответном послании изгнанники категорически отвергают обвинение в измене: «И ты, господине, убойся Бога, паче гонителя и не зови православных христиан, без правды мучимых и прогнанных, изменниками». Из-за литовского рубежа Тимофей Иванович смог назвать вещи своими именами и сказать то, о чем молчали в Московском государстве: за верную службу «гонитель» (так называет Тетерин Ивана Грозного) подвергает своих подданных опалам и казням, никто не может чувствовать себя в безопасности и никакие заслуга не могут уберечь от бесправия и жестоких преследований. «Есть у великого князя новые верники, — пишет Тетерин. — дьяки ... которые ныне не токмо землею владеют, но и головами вашими торгуют». Молчание и покорность не спасают от произвола: «А Бог, государь, за грехи у вас ум отнял, что вы над женами и над детьми своими и над зотчинитками головы кладете, а жен своих и детей губите, а тем им не пособите. А сметь, государь, вопросити: каково тем женам и детям, у которых отлов различными смертьми побили без правды?».

В этих словах, как и в посланиях Андрея Курбского, впервые звучат те вопросы, на которые и много веков спустя будут искать ответ русские люди в тяжелую годину. Имеет ли человек право на сопротивление неправедному «гонителю» или должен безропотно склонитъ перед ним голову? Как провести границу между сопротивлением тирану и изменой Отечеству? Однозначный ответ на эти вопросы трудно датъ и сейчас. И тогда, в далеком XVI в., и сегодня каждый человек решает эти вопросы для себя сам. трелецкий голова Тимофей Тетерин сделал свой выбор, другая судьба ожидала его адресата. Мрачное пророчество Тетерина сбылось: боярин Михаил Яковлевич Морозов, «муж славного рода» и верный слуга царя, заслуженный воевода, участник казанских, крымских и ливонских походов, был в 1573 г. обвинен в измене и казнен вместе со своей семьей.

Нет сомнения, что письмо Тетерина было доставлено самому царю, более чем десятилетием позже он в своем послании процитирует эти слова Тетерина. Но в историю Ливонской войны Тимоха Тетерин вошел не только словом, но и делом — лихим налетом на Изборск в январе 1569 г. Переодевшись в черные кафтаны опричников. Тимофей Тетерин и Марк Сарыхозин глубокой ночью подъехали к воротам Изборска, и, «вопрошаясь опричниной», потребовали впустить их в город. Запуганная опричным произволом стража отворила ворота, и в город ворвался литовский отряд. Взятие Изборска не имело большого военного значения (уже через две недели он был снова занят русскими войсками), но оно со всей неприглядностью показало ту атмосферу страха и растерянности, которая царила в Московском государстве при опричных порядках. Для царя Ивана Васильевича изборское дело явилось настоящей пощечиной и вызвало его раздражение и злобу: созданная им для «бережения государства» опричнина парализовала страну, многочисленные «сыски» и «изменные дела» лишь порождали настоящую, а не мнимую измену. Как это часто бывало в русской истории лекарство оказалось страшнее болезни.

Своему послу, отправляющемуся в Литву в феврале 1569 г.. Иван Грозный наказывал так говорить и действовать при встрече с русскими эмигрантами: «С изменником что говорити? А вы своею изменою сколько не лукавствуйте бесовским обычаем, а Бог милосердие свое государю свыше подает на враги победу, а вашу измену разрушает... А то говорити с Курбским или с иным с равным (знатным), а с худым того не говорити, худому, излаяв, да плюнут в глаза, да и пойти прочь». Несомненно, Тимоха Тетерин и был тем, кому по царскому наказу полагалось «излаяв, да плюнути в глаза». Несмотря на внешнее пренебрежение, московское правительство продолжало пристально следить за судьбой русских эмигрантов в Ливонии. Русский посол в Литве князь Г. Ф. Мешерский докладывал царю в 1571 г.: «А Тимохе Тетерину и Кошкареву и Хотену Волуеву именьишко подаваны от вифлянские границы, а приезжи к старосте к жемотскому и на службу с ним ходят».

В 1577 г. русские войска, предводительствуемые самим царем, предприняли масштабное и успешное наступление на Ливонию. Были взяты Розитен, Динабург, Кокенгаузен, Вольмар, Венден и многие другие города. Практически вся Ливония, за исключением Ревеля и Риги, была в руках Ивана Грозного. Это была вершина русских успехов в Ливонской войне. Иван Грозный торжествовал. Из взятого Вольмара он направил «широковещательные и многошумяшие» послания своим врагам: польскому королю Стефану Баторию, гетману Яну Ходкевичу, бывшему любимцу, а затем непримиримому оппоненту князю Андрею Курбскому.

Вспомнил царь и скромного стрелецкого командира: «От царя и великого князя Ивана Васильевича всея Руси и многих земель государя к Тимофею-Тихону Иванову сыну Тетерину-Пухову». Процитировав письмо Тетерина боярину Морозову. Грозный счел нужным указать изменнику на его ничтожество и свое царское величие: «Так чего же ты, расстрига-богатырь, захвативший предательством Изборск, ныне за Двину в Литву побежал, а ни в какой башне не удержался? А в этом опальном наместничестве, в Юрьевском, ныне мы сами сидим». Со свойственным ему черным юмором. Иван Васильевич предложил Тетерину: «А вам бы сейчас лучше всего нас здесь дожидаться — мы бы вас во всех бедах успокоили!» Поглумившись кратко («а нечего к тебе, холопу, много и писать»), Иван Васильевич вспомнил те времена, когда Тимоха Тетерин приносил ему победные новости из первых ливонских походов, и распрощался с беглым монахом.

О дальнейшей судьбе Тимофея Тетерина сведений сохранилось мало. Известно, что в 1579 г. он принимал участие в походе польского короля Стефана Батория на Полоцк, а в 1580 г. царь Иван Грозный в разговоре с польским послом поминал Тимоху Тетерина и его «злодейства». Видимо, крепко запал в душу царю «расстрига-богатырь», и Иван Грозный долго продолжал ожидать от него какого-нибудь лихого дела.



Трубецкой Фёдор Михайлович

В начало

Герб Трубецких
Герб Трубецких

Фёдор Михайлович Трубецкой (ум. 1602) — русский военный и государственный деятель, князь из рода Гедиминовичей, воевода и боярин в царствование Ивана Грозного, Фёдора Иоанновича и Бориса Годунова. Сын князя Михаила Андреевича Трубецкого (ум. 1557), наместника рязанского (1536—1538).

Князья Трубецкие (Трубчевские) вели своё происхождение от князя брянского, стародубского и трубчевского Дмитрия Ольгердовича (ум. 1399), второго сына великого князя литовского Ольгерда (1345—1377). Вначале князья Трубецкие были вассалами великих князей литовских из династии Ягеллонов. В 1500 году литовские князья Трубецкие (Трубчевские) перешли со своим удельным княжеством на службу к великому князю московскому Ивану III Васильевичу.

В 1551-1552 годах московское правительство составило «Дворцовая тетрадь», куда попали все служилые люди государева двора, из которого черпались основные кадры для формирования командного состава армии, для замещения высших правительственных должностей и т. д. В «Дворцовой тетради» Фёдор Михайлович Трубецкой числился «служилым» князем.

Зимой 1562-1563 годов во время похода царя Ивана Васильевича Грозного на литовский город Полоцк молодой князь Фёдор Трубецкой носил чин есаула.

В 1563-1564 годах Фёдор Трубецкой был назначен воеводой в приграничый город-крепость Дедилов на реке Шивороне, где на отдельном участке южнорусской границы руководил обороной от набегов крымских татар и ногайцев. Осенью 1564 года воевода дедиловский князь Фёдор Михайлович Трубецкой участвовал в боях с крымскими татарами на Рязанщине.

Летом 1565 года князь Фёдор Трубецкой участвовал в отражении крымско-татарской орды под командованием хана Девлет Герая. Фёдор Трубецкой со своим отрядом выступил из Дедилова в Каширу. Русские войска под предводительством главного воеводы князя Ивана Дмитриевича Бельского вынудили крымского хана покинуть южнорусские владения. В июле-августе 1565 года Фёдор Трубецкой во главе русского войска, состоящего из пяти полков, стоял под Калугой, обороняя южные русские пределы от возможного вторжения крымцев.

Засечная черта. Южный рубеж.
Засечная черта. Южный рубеж.
М. Пресняков. 2010 г.

Осенью 1567 года Фёдор Михайлович Трубецкой был назначен первым воеводой передового полка в Великих Луках, затем первым воеводой сторожевого полка под Вязьмой на границе с Великим княжеством Литовским. Позднее был назначен первым воеводой в Тулу. Летом 1568 года Фёдор Михайлович Трубецкой был назначен главным воеводой русского войска, состоящего из трех полков, на южнорусской границе. Осенью полки Фёдора Трубецкого отразили нападение крымских татар на Одоев, Чернь и Белёв.

Весной 1570 года князь Фёдор Михайлович Трубецкой вошёл в состав опричнины. В мае 1570 года князь Фёдор Трубецкой был отправлен «по крымским вестям» во главе опричного отряда под Калугу. Летом того же года он был назначен первым воеводой большого полка, то есть главным воеводом опричного корпуса, сосредоченного в Калуге.

В 1571 и 1572 годах в походах царя Ивана Васильевича Грозного Фёдор Михайлович Трубецкой был первым дворовым воеводой, то есть командиром царского полка. Осенью 1571 года князь Фёдор Трубецкой получил боярство.

В октябре 1571 года боярин князь Фёдор Михайлович Трубецкой вместе с женой присутствовал на свадьбе царя Ивана Васильевича с Марфой Васильевной Собакиной в Александровской слободе.

В конце 1572 — начале 1573 года Фёдор Михайлович Трубецкой в чине первого дворового воеводы участвовал в успешном царском походе на шведские владения в Ливонии, когда была осаждена и взята крепость Пайде.

Летом 1577 года Фёдор Михайлович Трубецкой, вторично назначенный первым дворовым воеводой, участвовал в победоностном походе царя Ивана Васильевича Грозного на Ливонию, в результате которого было захвачено много орденских городов и замков. Перед началом большого похода Фёдор Михайлович Трубецкой возглавил разведывательный рейд из Пскова вглубь ливонских владений.

В мае 1584 года боярин князь Фёдор Трубецкой был назначен первым воеводой большого полка, то есть возглавил русские полки на южной границе. В 1586 году Фёдор Михайлович Трубецкой был отправлен первым воеводой большого полка в Великий Новгород, где готовился к ожидавшейся войне со Швецией.

Зимой 1589-1590 годов князь Фёдор Трубецкой, назначенный первым воеводой полка правой руки, участвовал в походе царя Фёдора Иоанновича на шведские владения. Русские войска осадили и взяли города Ям, Ивангород и Копорье.

В зимнем походе 1591-1592 годов на шведские владения в Финляндии Фёдор Михайлович Трубецкой был первым воеводой полка правой руки. Русские войска опустошили шведские владения под Выборгом и Корелой.

Весной 1593 года боярин князь Фёдор Михайлович Трубецкой был назначен первым воеводой полка правой руки на южнорусских границах.

В 1598 году во время серпуховского похода царя Бориса Годунова боярин князь Фёдор Трубецкой был назначен ответственным за готовность к осаде «старого каменного города» в Москве.

В боярских списках 1588—1589 и 1589-1590 годов Фёдор Михайлович Трубецкой находился на первом месте, он решал местнические споры и участвовал в дипломатических переговорах.

В январе или феврале 1602 года князь Фёдор Михайлович Трубецкой скончался, не оставив после себя детей. По сведениям советского историка В. Б. Кобрина, был похоронен в «своем родовом гнезде Трубчевске».