КИР-2016

Современники Елизаветы Петровны

Апраксин Степан Федорович
1702-1760

В начало

Апраксин Степан Федорович
Генерал-фельдмаршал С.Ф.Апраксин

Апраксин Степан Фёдорович — русский генерал-фельдмаршал времён Семилетней войны, который командовал русской армией при Гросс-Егерсдорфе.

Родился 30 июля 1702 года.

Воспитывался у родственника своего, графа Петра Матвеевича Апраксина, так как Степан Федорович еще в младенчестве лишился отца - Апраксина Фёдора Матвеевича.

По обычаю того времени, он вступил в службу солдатом в Преображенский полк и в царствование Петра II был уже капитаном. Потом перешел в Семеновскй полк и получил от императрицы Анны чин секунд-майора.

Был в походе под начальством фельдмаршала Миниха - при взятии Очакова в 1737 году, за что награжден чином премьер-майора и деревнями.

Затем в 1739 г. был произведен в генерал-майоры и 10 сентября, когда привез в Петербург известие о взятии Хотина, был пожалован орденом св. Александра Невского.

В 1741 г. Степан Федорович встречал на границе посольство Тахмас-Куды-Хана, состоявшее из 2200 слишком человек. Вслед за выездом (в 1742 г.) посольства Персидского, Степан Федорович был отправлен послом в Персии; потом был генерал-кригскомиссаром, вице-президентом Военной коллегии.

В 1746 г. получил чин генерал-аншефа и сделан подполковником Семеновского полка.

В 1751 г. награжден орденом св. апостола Андрея Первозванного, а в 1756 г., 6 сентября, Степан Федорович пожалован был в фельдмаршалы.

Когда Россия ополчилась против Пруссии, императрица Елисавета Петровна вверила Апраксину русскую армию. По вступлении в Пруссию, Апраксин отделил часть войск под предводительством генерала Фермера для занятия Мемеля и собрал все свои силы (около 80 т. человек) в том месте, где река Русса впадает в Куришгавский залив.

Апраксин имел дело с прусским фельдмаршалом Левальдом опытным военачальником, у которого под начальством состояло до 22 т. человек, конница и артиллерия русских уступали прусским. Левальд получил приказание напасть на русских, и он решил это сделать при деревне. Грос-Эгерсдорфе.

19 августа пруссаки открыли сражение, когда русские не успели еще выстроиться. Победа долго колебалась. Неприятель все силы употреблял, чтобы прорваться в ряды наши и обхватить оба крыла русской армии, но линия (вторая), предводимая Румянцевым, встретила пруссаков в лесу с примкнутыми штыками и обратила их в бегство. По словам Апраксина: "сие решило победу"; неприятель потерял убитыми, раненными и пленными до 10 тысяч человек. Кроме того до 29 орудий досталось русским. С нашей стороны в числе убитых был генерал-аншеф Василий Аврамович Лопухин, родной племянник царицы Евдокии Федоровны первой супруги Петра 1. Этот храбрый генерал, командовавший левым крылом, был ранен тремя пулями. Предсмертными словами его были: "гонят ли неприятеля"? Когда же он узнал о победе, то произнес: "теперь умираю спокойно, отдав мой долг Всемилостивейшей государыне"!

27 августа Апраксин переправился обратно за Прегель с такою поспешностью, что можно было подумать, что русские потерпели поражение. Одни объясняют это действие недостатком продовольствия, иные говорят, что будто бы канцлер граф Бестужев-Рюмин, в угоду великому князю Петру Федоровичу, тяготевшему к Фридриху Великому, приказал Апраксину отступить.

Но, по словам составителя словаря достопамятных людей русской земли, "повествование Бишинга в этом случае основательнее: Бестужев; ненавидимый великим князем Петром Федоровичем; решился возвести на престол сына его, цесаревича Павла Петровича, под опекунством Екатерины. Тяжкая болезнь императрицы Елисаветы представила ему случай исполнить отважное намерение; полагая, что Елисавета находится на смертном одре, он отозвал своего друга, фельдмаршала Апраксина, к пределам России, чтобы иметь в своем распоряжении его армию.

Императрица освободилась от болезни, удалила канцлера в деревню, где он оставался и в царствование Петра III. Исполнитель воли первого министра, лишившийся плодов своей победы, был также потребован к ответу и заключен в небольшом дворце близ С.-Петербурга у места, называемого Три-Руки; около трех лет томился он под судом и скончался внезапно 26 августа 1760 года.

О его смерти сохранилось предание, будто императрица, недовольная медленным производством следствия, спросила: отчего так долго продолжается это дело? Ей отвечали, что фельдмаршал не признается ни в чем и что не знают, "что с ним делать". "Ну так" - возразила государыня - "остается последнее средство, прекратить следствие и оправдать невинного". После этого разговора, в первое заседание следственной комиссии, фельдмаршал по-прежнему утверждал свою невинность. "и так - сказал один из членов - остается нам теперь употребить последнее средство...". Не успел он кончить слов, как вдруг апоплексический ударь поверг Апраксина мертвым на землю.



Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона

Бестужев-Рюмин Алексей Петрович
1693-1766

В начало

Бестужев-Рюмин Алексей Петрович
Бестужев-Рюмин Алексей Петрович

Бестужев-Рюмин Алексей Петрович — русский государственный деятель и дипломат, канцлер Российской империи при Елизавете Петровне (до опалы в 1758 году).

Родился 22 мая (1 июня) 1693 года в семье известного русского дипломата П. Бестужева и, подобно «птенцам гнезда Петрова», был направлен за границу, где и сложился как личность. Сначала он учился в Копенгагене, где жил вместе с братом Михаилом, а затем в Берлине. Он хорошо говорил не только по-немецки, но и по-голландски и по-шведски.

Уже в возрасте девятнадцати лет он был включен в состав русской дипломатической миссии, направленной Петром I в голландский город Утрехт для участия в переговорах России с Голландией и Швецией. Алексей Бестужев проявил себя как талантливый дипломат и после заключения договора по указу Петра I был включен в свиту ганноверского курфюрста, ставшего в 1714 году английским королем Георгом I.

Алексей Бестужев прожил в Лондоне четыре года и за это время успел завязать с королем не только дипломатические, но и личные отношения. Прекрасно воспитанный и образованный, молодой русский дворянин был принят чопорным английским обществом. В результате король назначил его своим посланником в России. В этом качестве он появился в Петербурге в 1717 году и заслужил восхищенную оценку Петра I.

С этого времени и начинается его долгая дипломатическая карьера. Вскоре Петр I доверил ему чрезвычайно ответственное поручение, назначив его русским резидентом (так тогда называли послов) при дворе курляндской герцогини, позже ставшей императрицей Анной Иоанновной.

Алексей Петрович Бестужев прожил в Митаве четыре года и большую часть этого времени пробыл фаворитом герцогини. Однако потом его дипломатический опыт пригодился в другом месте, и он был направлен в Данию, где также стал русским послом. Это было нелегкое поручение. Отличавшийся хладнокровием и расчетливостью Бестужев, что называется, оказался в нужном месте в нужный час.

В Дании он прожил девять лет, и только смерть Петра I в 1725 году прервала столь успешно развивавшуюся карьеру. Дело заключалось в том, что правивший Россией Екатерине I, Меншиков завидовал образованному и родовитому Бестужеву. Поэтому, не обращая внимания на то, что в России тогда не было человека, который бы так же хорошо, как он, разбирался в тонкостях европейской политики, Меншикова отозвал его в Москву. Там Алексей Бестужев некоторое время прожил без поручения, а затем был направлен русским посланником в Гамбург, что было равносильно почетной ссылке, поскольку его направили во второстепенное государство, не игравшее практически никакой роли в европейской политике.

Судьба Алексея Бестужева изменилась только в 1730 году, когда к власти вместе с Анной Иоанновной пришел герцог Иоган Бирон, который отозвал его в Россию и ввел в кабинет министров. Со временем он практически стал определять всю внешнюю политику России. Анна Иоанновна также безоговорочно доверяла ему, и позиции Бестужева были как никогда прочными.

Доверие к нему особенно возросло после того, как был казнен Артемий Волынский,

Через месяц после смерти Анны Иоанновны он был арестован вместе с Бироном и брошен в каземат Шлиссельбургской крепости. Вскоре его даже приговорили к смертной казни. Однако он не растерялся. Как только его вызвали на допрос, он дал показания против Бирона, что позволило ему заслужить прощение и даже благосклонность новой императрицы Елизаветы Петровны.

Бестужеву Алексею Петровичу вернули все звания, и вскоре он был назначен на пост вице-канцлера и сенатора. Четырнадцать лет Бестужев-Рюмин определял внешнюю политику России. Он был блестящим дипломатом и ловким политиком и сумел добиться доверия со стороны как русской императрицы, так и нужных для процветания государства людей.

Вместе с тем у него было множество врагов. Правда, его личная порядочность привела к тому, что это были в основном идейные противники. Самым опасным из них был прусский король Фридрих II. Он не раз затевал против Бестужева интриги, но так и не добился успеха.

Совсем иную игру Алексей Петрович Бестужев вел с Францией. И прежде всего с французским послом маркизом Шетарди. Он сумел понравиться хитрому французу, и тот поддержал его перед императрицей в связи с назначением на пост канцлера. Однако это не помешало Бестужеву внедрить своих людей в окружение французского посла и получить доступ к его секретной переписке. В результате этой интриги Шетарди был опорочен перед императрицей и выслан из России.

Противники не раз обвиняли Алексея Бестужева в том, что он ведет двойную игру. Действительно, он иногда получал взятки, хотя и не брал их у своих противников. Он неизменно выступал сторонником тех преобразований, которые начал Петр I. Это был своеобразный ключик к доверию Елизаветы Петровны. Он верно рассчитал, что дочь Петра Великого будет стремиться к сохранению того, что было начато ее отцом.

Ситуация начала меняться по мере того, как ухудшалось здоровье императрицы. Бестужев понимал, что после ее смерти на престол должен был вступить Петр III, который никогда не скрывал своей горячей симпатии к Пруссии.

Чтобы обезопасить себя, Алексей Бестужев завязал дружеские отношения с женой Петра III, великой княгиней Екатериной Алексеевной. Задуманный им план должен был привести к ее восшествию на российский престол. Однако их заговор скоро был раскрыт. Екатерина не пострадала, а Бестужев был лишен всех званий, чинов, орденов и выслан в свое имение. Это произошло в 1759 году, а всего через три года, когда Екатерина свергла своего мужа и взошла на русский трон, она вызвала Бестужева в столицу и вернула ему все награды, а также произвела в генерал-фельдмаршалы.

Его дипломатические таланты вновь оказались востребованными. Но время старого дипломата уже миновало. Он находился в преклонном возрасте и не мог принимать активного участия в политике и тем более состязаться с более молодыми сподвижниками императрицы.

Окруженный официальным вниманием и почетом Алексей Петрович Бестужев дожил до семидесяти трех лет и тихо умер 10 (21) апреля 1766 года в окружении своей семьи.



Бутурлин Александр Борисович
1694-1767

В начало

Бутурлин Александр Борисович
Бутурлин Александр Борисович

Граф Александр Борисович Бутурлин — русский военачальник из рода Бутурлиных, генерал-фельдмаршал (1756), московский градоначальник.

Родился 18 [28] июля 1694 года в Москве. Внук боярина и сын капитана гвардии, смертельно раненного в сражении при Лесной, Александр Бутурлин в 1714г. поступил солдатом в гвардию. Через два года начал обучение в Морской академии Санкт-Петербурга, которую окончил в 1720 г., и был взят Петром I в денщики, но исполнял скорее функции офицера для особых поручений. Участвовал во всех сухопутных и морских предприятиях царя.

Екатерина I пожаловала Бутурлина в гоф-юнкеры, а затем в камер-юнкеры. Цесаревна Елизавета, камергером которой он был, познакомила Александра с Петром II.

1 января 1728 г. Бутурлин стал действительным камергером и кавалером ордена св. Александра Невского, а 10 февраля — генерал-майором и унтер-лейтенантом кавалергардов. Князья Долгоруковы, видя в Бутурлине соперника и опасаясь его возвышения, постарались удалить царского фаворита от двора. Александр Борисович был отправлен в Украинскую армию, действовавшую против крымских татар, а с воцарением Анны Иоанновны, как зять одного из князей Голицыных, находившихся в оппозиции к императрице, занимал второстепенные должности.

В 1731-1733 гг. он находился в войсках на персидской границе, в 1735-1740 гг. был смоленским губернатором. В этой должности принимал меры к удержанию русских крестьян пограничных областей от переселения в Польшу и Литву и возвращению беглых. В 1738 г. был послан в армию фельдмаршала Миниха, участвовавшую в русско-турецкой войне. В короткое правление малолетнего Иванна VI занимал должность генерал-кригс-комиссара — главного интенданта армии.

При восшествии на престол Елизаветы Петровны Бутурлин приводил к присяге украинское чиновничество, военных, казацкую старшину и духовенство. Елизавета, помня своего камергера и фаворита, назначила его главнокомандующим в Малороссии, а в день своей коронации произвела в генерал-аншефы. С этого времени Бутурлин вновь стал делать быструю карьеру. В ходе русско-шведской войны он командовал войсками в Лифляндии, Эстляндии и Великих Луках.

С марта 1742 г. — сенатор и московский губернатор, хотя большую часть времени проживал в Санкт-Петербурге. В последующие годы императрица по-прежнему осыпала Бутурлина своими милостями: в 1747 г. он стал генерал-адъютантом; в 1749-м— подполковником лейб-гвардии Преображенского полка; в 1751-м — кавалером ордена св. Андрея Первозванного, в 1756-м — членом Конференции при высочайшем дворе.

5 сентября 1756 г. Бутурлин получил чин генерал-фельдмаршала, никогда до этого не командуя крупными воинскими соединениями на театрах военных действий, будучи более придворным, чем полководцем.

17 февраля 1760 г. императрица возвела Александра Борисовича в графское достоинство Российской империи, а в сентябре назначила главнокомандующим русской армией, действовавшей против Пруссии. Главнокомандующий снял осаду Кольберга в Померании и отвел армию от Одера к Висле на зимние квартиры, готовя ее к предстоящей кампании, которая, по мнению Конференции при высочайшем дворе, должна была стать решающей. Бутурлин укрепил расшатанную дисциплину, запретил постоянные отпуска генералов и офицеров, создал запасы, обновил конный состав кавалерии, артиллерии и обоза, принимал меры по охране здоровья солдат.

В кампанию 1761 г., по примеру прошлых лет, русская армия двинулась в Силезию на соединение с австрийцами, а затем от Торна — на Познань и Бреслау, куда уже направлялся Фридрих II. Пройдя мимо Бреслау, Бутурлин связался с австрийскими войсками генерала Лаудона. Вся кампания прошла в маршах и маневрах.

В ночь на 29 августа Бутурлин решил атаковать Фридриха под Гохкирхеном, но прусский король уклонился от боя. В сентябре Фридрих II попытался атаковать австрийцев, но русские, быстро соединившись с ними, заставили короля отступить в укрепленный лагерь при Бунцельвице. Затем Бутурлин, усилив Лаудона 20-тысячным корпусом Чернышева, отошел в Померанию.

21 сентября Лаудон штурмом взял Швейдниц, причем особо отличился в сражении Бутырский полк из русского вспомогательного корпуса.

Действовавший отдельно от главной армии корпус Румянцева после четырехмесячной осады 5 декабря овладел крепостью Кольберг, захватив 5 тысяч пленных, 20 знамен и 173 орудия. Это было последним подвигом русской армии в Семилетнюю войну.

Бутурлин же как главнокомандующий не проявил особых полководческих талантов, уступая в этом молодым генералам Румянцеву и Чернышеву. Свое отступление, вызвавшее недовольство в Санкт-Петербурге, он объяснял желанием спасти армию, страдавшую от недостатка провианта и фуража.

В декабре Бутурлин был отозван в столицу и сдал командование генералу Фермеру. По дороге он узнал о кончине императрицы Елизаветы и получил от нового императора Петра III рескрипт, оправдывающий его действия в ходе последней кампании.

Через семнадцать лет после первого губернаторства Александр Борисович вновь был назначен генерал-губернатором в Москву. Не прошло и месяца, как в Петербурге совершился государственный переворот; на престол взошла Екатерина II. Бутурлин привел к присяге жителей Москвы, решительно заявив себя сторонником новой императрицы. Ему же была поручена подготовка к коронации.

13 сентября 1762 г. под грохот пушек и звон колоколов совершился торжественный въезд в Москву Екатерины II, а 22 сентября началась церемония коронации, продолжавшаяся до конца месяца, в ходе которой Бутурлин был пожалован шпагой с бриллиантами.

15 мая 1763 г. Бутурлин подал в отставку, оставшись, однако, жить в Москве; пост московского генерал-губернатора он занимал менее года. Александр Борисович был женат дважды: на княжне Анне Михайловне Голицыной, дочери фельдмаршала Михаила Михайловича Голицына, скончавшейся в 1727 г., а с 1730 г. — на княжне Екатерине Борисовне Куракиной, от которой имел сына и двух дочерей.

Умер Александр Борисович Бутурлин 30 августа [10 сентября] 1767 года в Москве и похоронен в Георгиевском монастыре.



Соловьев Б.И. "Генерал-фельдмаршалы России"

Воронцов Михаил Илларионович
1714-1767

В начало

Воронцов Михаил Илларионович
Воронцов Михаил Илларионович

Воронцов Михаил Илларионович — русский государственный деятель и дипломат, которому обязан своим возвышением род Воронцовых. Один из ближайших приближённых Елизаветы Петровны и Петра III. В 1741 участник дворцового переворота и ареста правительницы Анны Леопольдовны. С 1744 вице-канцлер, в 1758-65 канцлер Российской империи. Строитель и первый владелец Воронцовского дворца в Санкт-Петербурге и Воронцовой дачи на Петергофской дороге.

Родился 12 июля 1714 года в семье ростовского воеводы Иллариона Гавриловича Воронцова (1674-1750) и его супруги Анны Григорьевны. Родители — мелкие помещики, владевшие всего двумястами душами крестьян. Четырнадцати лет был определён камер-юнкером при дворе великой княжны Елизаветы Петровны и служил последней и пером своим, которым хорошо владел, и деньгами богатой своей свояченицы, жены его брата Романа.

Вместе с Шуваловым стоял сзади саней, на которых цесаревна поехала в казармы Преображенского полка в ночь провозглашения её императрицей; он же вместе с Лестоком арестовал Анну Леопольдовну с её семейством. За это Елизавета пожаловала его действительным камергером, поручиком ново учреждённой лейб-компании и сделала владельцем богатых поместий. Ему был пожалован лейб-компанейский герб с девизом Semper immota fides («Верность никогда непоколебимая»). 3 января 1742 года Михаил Илларионович стал мужем Анны Карловны Скавронской, двоюродной сестры государыни, владелицы торгового села Кимры.

Грамотой императора Карла VII, от 16 (27) марта 1744 года, генерал-поручик, действительный камергер и лейб-компании поручик Михаил Илларионович Воронцов был возведён, с нисходящим его потомством, в графское Римской империи достоинство и вслед за тем назначен вице-канцлером. Поскольку у него не было мужского потомства, римский император Франц I, грамотой от 8 (19) января 1760 года, разрешил распространить графское Римской империи достоинство на родных братьев — действительного камергера, генерал-поручика Романа и действительного камергера Ивана Илларионовичей Воронцовых, с нисходящим их потомством.

При иностранных дворах Воронцов пользовался репутацией миролюбца, не желающего вмешивать Россию в европейские войны. В елизаветинском правительстве он сдерживал проавстрийскую направленность политики канцлера А. П. Бестужева-Рюмина, ибо в большей степени ориентировался на Францию.

В 1746 году Воронцов оказался в немилости и не у дел: ему повредили сношения с Фридрихом II и дружба с опальным Лестоком. Обвинения были выдвинуты в то время, когда вице-канцлер «взял отпуск и стал разъезжать по Европе, удивляя Париж халатом на пуху из сибирских гусей, а папу Бенедикта XIV необыкновенной глупостью, проявленной им в разговоре о воссоединении церквей» (К. Валишевский). По возвращении в Петербург ему удалось оправдаться от навета и вернуть себе расположение императрицы. Также удалось отвести позднее обвинения австрийского лагеря в получении взяток от прусского короля. В качестве компенсации ему был дарован городок Мариенбург в Лифляндии.

Когда в 1758 году канцлера Бестужева постигла опала, на его место был назначен Воронцов. Унаследовав от Бестужева-Рюмина так называемую «систему Петра» — союз с Австрией (против Турции), он при Елизавете Петровне деятельно продолжал войну с Пруссией, но при Петре III едва не вступил с ней в союз. Вяло пытался отговорить Петра от войны с датчанами за Голштинию.

Воронцов был весьма привержен Петру, который заявлял о намерении взять в жёны его племянницу, Елизавету Романовну. Даже после переворота 29 июня 1762 года он старался отстоять его права. Находясь с императором в Ораниенбауме, он вызвался ехать в Петербург, чтобы «усовестить» Екатерину и попал под домашний арест за отказ присягнуть императрице. Он принёс присягу одним из последних, когда услышал о смерти Петра Фёдоровича.

Тем не менее Екатерина II, видевшая в нём опытного и трудолюбивого дипломата, оставила его канцлером. Необходимость делить свои труды (по дипломатическим сношениям) с Н. И. Паниным, державшимся совершенно другой системы, вытекавшие отсюда недоразумения с ним и другими приближёнными императрицы, например с Григорием Орловым, и холодность самой императрицы вкупе с обострившимися недугами вынудили Воронцова в 1763 году уехать в длительный заграничный отпуск.

Несмотря на щедрость императрицы Елизаветы, пожаловавшей ему деревни и заводы, он постоянно нуждался в деньгах, вечно просил субсидий или об уплате долгов и выпрашивал всё, что только было возможно. Чтобы покрыть издержки на строительство дворцов, он вступал в рискованные предприятия, в том числе связанные со спекуляцией хлебом и с иностранным капиталом. В конце концов свой недостроенный дворец на Садовой улице он продал в казну, а далёкий Мариенбург уступил лифляндскому помещику Фитингофу.

По возвращении в Россию в 1765 году он пытался вернуться к делам, но был уволен от службы, после чего поселился в Москве, где и скончался 15 февраля 1767 года. Погребён рядом с родителями в монастыре на Воздвиженке, который был снесён в 1934 году. Единственная дочь Анна Михайловна пережила его ровно на два года. Поскольку она не жила со своим законным мужем А. С. Строгановым и детей не имела, наследство канцлера после судебных разбирательств было поделено между его братьями.



По материалам Википедии

Ванька-Каин
1718-после 1756

В начало

Ванька-Каин
Ванька-Каин

Ванька-Каин (Иван Осипов) — вор, разбойник и московский сыщик, ставший легендарным героем воровских приключений и удальства.

Сын крестьянина Ростовского уезда, села Иванова, принадлежавшего купцу Филатьеву, родился в 1718 году и 13-ти лет от роду был привезен в Москву, на господский двор.

Обокрав своего господина, Ванька-Каин бежал из господского дома и, после целого ряда смелых похождений в Москве, отправился на Волгу, где примкнул к понизовой вольнице и разбойничал в шайке известного атамана Михаила Зари.

В конце 1741 г., Ванька-Каин вновь очутился в Москве, явился в сыскной приказ и объявил, что он, Ванька, сам вор, знает других воров и разбойников, не только в Москве, но и в других городах и предлагает свои услуги к их поимке. Предложение Ваньки-Каина было принято, ему было присвоено звание доносителя сыскного приказа, в распоряжение его дана была военная команда. Выдавая и ловя мелких воришек, он укрывал крупных воров; преследуя раскольников, вымогал у них деньги; открыл в своем доме игорный дом; не останавливался и перед открытым грабежом. Весь сыскной приказ, начиная с членов приказа и кончая мелким писцом, был у него на откупу и потворствовал его проделкам.

Под покровительством Ваньки-Каина число беглых, воров, мошенников, грабителей увеличивалось в Москве с каждым днем. Это скопление огромного числа людей, живших воровством, грабежом, а иногда и убийствами, должно было, наконец, выразиться общественным бедствием. И действительно, весною 1748 г. начались в Москве повсеместные пожары и разбои, наведшие ужас и на Петербург. В паническом страхе жители Москвы выбиралась из домов, выезжали из города и ночевали в поле.

В Москву послан был с войском генерал-майор Ушаков, под председательством которого была учреждена особая следственная комиссия. Во время трехмесячного существования этой комиссии, Ванька-Каин продолжал мошенничать и грабить, но уже не так свободно, как прежде; явились новые деятели, которые ему не потворствовали.

Команда Ушакова, предупреждая поджоги, ловила всех подозрительных людей и приводила их не в сыскной приказ, а в комиссию. Благодаря этому стали мало-помалу раскрываться проделки Ваньки-Каина.

Убедившись, что вся московская полиция была в заговоре с Ванькой-Каином, преемник Ушакова, генерал-полициймейстер Татищев, ходатайствовал об учреждении по делу Ваньки-Каина особой комиссии. Комиссия эта просуществовала с июня 1749 г. по июль 1753 г., когда дело Ваньки-Каина передано было в сыскной приказ, весь личный состав которого за это время переменился.

В сыскном приказе дело тянулось до июля 1755 г. Ванька-Каин был приговорен к смертной казни, но, по указу сената, наказан кнутом и послан в каторгу, сначала в Рогервик, а потом в Сибирь.

Дата и место смерти неизвестно.

Деятельность Ваньки-Каина может служить яркой иллюстрацией полицейских и следственных порядков в России XVIII века. Но Ванька-Каин — не только сыщик-грабитель; он воплощает в себе и тип народного мошенника, разудалого добра молодца. Он не только грабит, но и забавляется, не только хоронит концы, но и глумится над полицией; речь он держит прибаутками, сказками да присказками, душу отводит в песне. Многие песни известны в народе под именем Каиновых; последней из них по времени считается знаменитая песня: "Не шуми, мати, зеленая дубравушка".

Вскоре после ссылки Ваньки-Каина появились его жизнеописания в нескольких редакциях, под различными заглавиями; жизнеописания эти выдерживали много изданий.



Лесток Иван Иванович
1692-1767

В начало

Жан-Арман де Лесток
Жан-Арман де Лесток

Лесток Иван Иванович — хирург немецко-французского происхождения, первый в России придворный лейб-медик, действительный тайный советник (1741), главный директор Медицинской канцелярии. В конце 1730-х и начале 1740-х годов — доверенное лицо Елизаветы Петровны, организатор дворцового переворота 25 ноября 1741 года. Агент французского дипломатического влияния. С 1745 в опале.

Родился 29 апреля [9 мая] 1692 года в Люнебург. Из дворян Шампани (Франция), сын хирурга. Учился дома у отца, затем в Париже. Сидел в тюрьме, освобожден по ходатайству герцогини Орлеанской. Некоторое время служил лекарем во французской армии.

С 1713 на российской службе. Назначен лично Петром I дворцовым хирургом.

В 1716-1717 сопровождал Петра I за границу, состоял хирургом при Екатерине Алексеевне (будущая императрица Екатерина I).

В 1719 сблизился с прусским дипломатом И. Г. Фокеродтом. За связь с дочерью придворного шута в июле 1719 сослан в Казань. После восшествия на престол императрицы Екатерины I (1725) возвращен и назначен лейб-хирургом. Состоял при великой княгине Елизавете Петровне. Несмотря на близость к А. П. Волынскому, во время ареста последнего не пострадал и к следствию не привлекался.

Сыграл видную роль в заговоре с целью возведению на престол Елизаветы Петровны. Был связан с французским послом Ж. И. Тротти, маркизом де ла Шетарди и шведским посланником Э.М. фон Нолькеном, оказывавшими финансовую поддержку заговору.

Во время переворота 25.11.1741 неотлучно находился при Елизавете. Вместе с Елизаветой Петровной, учителем музыки К.И. Шварцем и М.И. Воронцовым ездил в казармы лейб-гвардии Преображенского полка, распределял военные отряды для ареста Х. А. Миниха, Р.Г. Левенвольде, А. И. Остермана и др.

После восшествия на престол Елизаветы Петровны пользовался большим влиянием при дворе. Покровительствовал иностранцам. Добился личного расположения императрицы.

С декабря 1741 лейб-медик, главный директор Медицинской канцелярии и медицинского факультета. Вмешивался в назначение государственных чиновников, в решение вопросов внешней политики. Последовательно выступал защитником франко-прусских интересов, в том числе по вопросам заключения мира во время русско-шведской войны 1741-1743 (предлагал прибегнуть к посредничеству Франции).

Активно поддерживал Шетарди, обеспечивая ему беспрепятственный доступ к императрице. Получал пенсии от французского, польского, британского правительств. Постоянно интриговал против А.П. Бестужева-Рюмина, пытаясь отстранить его с поста вице-канцлера и получить возможность большего влияния на внешнюю политику. Убеждал Елизавету Петровну ликвидировать посты канцлера и вице-канцлера, преобразовать Коллегию иностранных дел и создать особый совет для обсуждения и руководства внешнеполитическими делами.

В 1743 сфальсифицировал дело Лопухиных и австрийского посланника маркиза А. Ботта де Адорно, обвиняя их в организации заговора с целью свержения Елизаветы Петровны. Был одним из инициаторов выбора в невесты будущему императору Петру III Софьи Фредерики Августы принцессы Анхальт-Цербстской (будущая императрица Екатерина II). Пользовался поддержкой ее матери - княгини Иоганны Елизаветы, урожденной принцессы Шлезвиг-Гол-штинской.

В марте-апреле 1743 направил генерал-майору Д. Кейту инструкции по действиям в отношении Швеции, которые шли вразрез с инструкциями Бестужева-Рюмина. После того как Бестужев-Рюмин ознакомил Елизавету Петровну с перепиской Лестока и Шетарди (3.4.1745), Лестоку было запрещено вмешиваться в иностранные дела.

По обвинению в связях с прусским королем Фридрихом II (18.10.1748) и подготовке переворота с целью передачи престола великому князю Петру Федоровичу и его супруге Екатерине попал под следствие, ведение которого поручено (31 октября) С. Ф. Апраксину и А. И. Шувалову.

10 ноября арестован секретарь Лестока капитан А. Шапизо.

13 ноября арестованы Лесток и его жена.

23 ноября начато применение к Лестоку пыток.

29.11.1748 приговорен к смертной казни по обвинению в связях с иностранными дипломатическими представителями, оскорблении величества, подготовке государственного переворота и др.

Помилованный Елизаветой, бит кнутом и отправлен в ссылку в Охотск; его имущество конфисковано.

В 1750 переведен в Углич, в апреле 1753 - в Великий Устюг.

9.3.1762 помилован императором Петром III, восстановлен в чинах и дворянстве. Последние годы жил в Санкт-Петербурге. Императрица Екатерина II назначила ему пенсию и пожаловала поместье в Лифляндской губернии.

Умер 12 [23] июня 1767 года, место смерти - Санкт-Петербург.



Сухарева О.В. "Кто был кто в России от Петра I до Павла I"

Неплюев Иван Иванович
1693-1773

В начало

Неплюев Иван Иванович
Неплюев Иван Иванович

Неплюев Иван Иванович — русский адмирал, действительный тайный советник, дипломат из рода Неплюевых, устроитель Южного Урала, автор мемуаров.

Родился 5 [15] ноября 1693 года. Учился в новгородской математической школе (с 1714), в 1715 переведен в Нарвскую навигацкую школу, вскоре отправлен в открывшуюся в Санкт-Петербурге Морскую академию.

В сентябре 1716 в числе 27 человек послан для изучения морского дела и управления галерами в Венецию; в 1717 участвовал в военных действиях против Турции. По окончании войны поступил в Морскую академию в Кадиксе (1719).

В 1720 возвратился в Россию, «держал экзамен» перед Петром I, получил чин лейтенанта галерного флота, назначен «смотрителем и командиром над строящимися морскими судами».

В 1721 указом Коллегии иностранных дел назначен резидентом в Константинополь. Неплюев вел переговоры о судьбе персидских владений и добился выгодных для России условий мира (Константинопольский договор 1723, согласно которому Россия сохраняла территории на западном и южном побережьях Каспия, полученные по Санкт-Петербургскому договору 1723 с Персией).

В 1734 из-за болезни получил разрешение вернуться в Россию.

В 1735 назначен присутствующим в Коллегию иностранных дел.

В 1737 участвовал в Немировском конгрессе. Затем направлен в Киев «смотреть за делами по заграничной корреспонденции».

В 1739 участвовал в переговорах по заключению Белградского мира.

С 1740 киевский губернатор (ему же поручено наблюдение за проведением разграничения земель между Россией и Турцией по рекам Буг и Днепр).

В 1740 отозван в Санкт-Петербург и введен по специальному распоряжению графа А. И. Остермана в особую комиссию «для расследования вин и преступлений» кабинет-министра А. П. Волынского. После окончания следствия и вынесения приговора в сентябре 1740 возвратился в Киев, в 1741 назначен правителем Малороссии.

После дворцового переворота 1741 арестован по делу Остермана, лишен орденов и поместий, в начале 1742 признан невиновным, вскоре назначен командиром Оренбургской комиссии и киргиз- кайсацких орд, что было расценено современниками как «замаскированная ссылка».

Под руководством Неплюева велась работа по освоению края: в 1743 основан город Оренбург, Оренбургская комиссия переименована в губернию (1744; Неплюев - ее первый губернатор), развернуто строительство оборонительных рубежей на границе со Степью (создано 5 линий военных поселений, крепостей и редутов: Самарская, Нижне-Яицкая, Сакмарская, Верхне-Яицкая, Уйская), устроено Оренбургское казачье войско (штат утвержден в 1745), построены 28 заводов (в т.ч. Воскресенский, 1744, Богоявленский, 1752, и др.), начата разработка Илецких соляных копей и др.

В 1752 Неплюев представил в Санкт-Петербург проект устройства торговли с Индией (не получил поддержки). При нем установлены регулярные отношения с Хивой (в 1750 в Оренбург прибыл первый посол Хивы).

С помощью П. И. Рычкова собрал исторические сведения о Яицком казачьем войске и составил проект изменений его управления, в 1753 представил в Военную коллегию проект штатов Яицкого войска.

В 1758 просил об освобождении от должности по состоянию здоровья, жил в Санкт-Петербурге без нового назначения.

В 1760 назначен сенатором и конференц-министром.

28.6.1762, при отъезде в Петергоф для низложения Петра III, Екатерина II поручила Неплюеву охрану столицы и цесаревича Павла Петровича.

Первоприсутствующий в Сенатской конторе (с 1763).

С 1764 в отставке по состоянию здоровья. Последние годы жизни провел в своем родовом имении Поддубье. Умер 11 [22] ноября 1773 года.



Сухарева О.В. "Кто был кто в России от Петра I до Павла I"

Разумовский Алексей Григорьевич
1709-1771

В начало

Разумовский Алексей Григорьевич
Разумовский Алексей Григорьевич

Разумовский Алексей Григорьевич — днепровский малоземельный казак, возведённый в графское достоинство, фаворит и предполагаемый тайный супруг императрицы Елизаветы Петровны. Старший брат Кирилла Разумовского, первый хозяин Аничкова дворца, генерал-фельдмаршал Русской императорской армии.

Родился 17 (28) марта 1709 года в хуторе Лемешах (ныне село Козелецкого уезда Черниговской губернии), в семье «реестрового» малороссийского казака Григория Разума (розум по-малороссийски — ум; так прозвали Григория за то, что он в пьяном виде любил произносить поговорку: «що то за голова, що то за розум»!).

Несмотря на то, что происхождение Разумовский было хорошо известно современникам и потомкам да и не скрывалось ими самими, появилась фантастическая генеалогия, выводившая их от польского шляхтича Рожинского.

Мальчик Разумовский пас общественное стадо, но у него проявилась страсть к учению и пению; он выучился грамоте у дьячка соседнего села Чемер. В 1731 г. через с. Чемер проезжал один из придворных, полковник Вишневский, услышал в церкви чудный голос Разумовского и взял его с собою в Петербург. Обер-гофмаршал двора императрицы Анны Иоанновны Левенвольд принял Алексея Розума в придворный хор; там его увидела и услышала цесаревна Елизавета Петровна, пленившаяся его голосом и наружностью — он был красавец в полном смысле слова. С этого времени началось его быстрое возвышение; после ссылки любимца цесаревны, Шубина, он занял его место в ее сердце.

Потеряв голос, Розум получил должность придворного бандуриста, потом, уже под фамимией Разумовский, — управляющего одним из имений цесаревны, затем и других ее имений и всего ее небольшого двора. В правление Анны Леопольдовны он был сделан камер-юнкером цесаревны. Это возвышение отразилось и в Лемешах: мать Разумовского завела там корчму и повыдавала замуж своих дочерей.

В перевороте, возведшем на престол Елизавету, Разумовский играл очень видную роль и был пожалован в поручики лейб-кампании, с генеральским чином. После коронации государыни Разумовский получил звание обер-егермейстера и целый ряд имений в Великороссии и Малороссии. За матерью Разумовского был отправлен в Лемеши особый нарочный, и ее поместили со всем семейством во дворце; но здесь ей чувствовалось не по себе, и она скоро вернулась домой.

Сознавая затруднительность своего положения на той высоте, на какую вознес его случай, Разумовский приблизил к себе таких ученых и талантливых людей, как Теплов, Ададуров (адъюнкт академии), Сумароков и Елагин. Сам Разумовский стоял вне политики, но на него опирались такие представители русской партии, как канцлер Бестужев-Рюмин. По-видимому, не без влияния этого последнего состоялся и тайный брак государыни с Разумовским. Об этом браке считает возможным говорить совершенно определенно автор специальной монографии о семействе Разумовских, г. Васильчиков. Событие это он приурочивает к осени 1742 г. и к подмосковному селу Перову.

Значение Разумовского после этого окончательно упрочилось; на него смотрели как на супруга императрицы, которая во время его болезни обедала в его комнатах, смежных с ее собственными апартаментами. Это исключительное положение он сумел удержать до самой смерти государыни, хотя в последние годы место фаворита занял И. И. Шувалов. При дворе теперь пошла мода на все малороссийское: заведены были бандуристы; в штатах числилась «малороссиянка-воспевальница»; певчие малороссы участвовали не только в церковном хоре, но и в театральном наряду с итальянцами (Разумовский любил музыку, и ввиду этого была заведена при дворе постоянная итальянская опера). Сам Разумовский и теперь оставался таким, каким был в Лемешах, — простым, добродушным, хитроватым и насмешливым хохлом, любящим свою родину и своих земляков.

Императрица Екатерина II в своих мемуарах пишет: «я не знаю другой семьи, которая была бы так любима всеми». В 1744 г. Разумовский получил достоинство графа Римской империи, причем в патенте было сказано, что Разумовские происходят от Романа Рожинского. Через некоторое время оба брата — Алексей и Кирилл — были пожалованы в графское достоинство Русской империи, а Разумовский сделан фельдмаршалом. Было два вопроса, в которых он всегда решительно и открыто подавал свой голос, не боясь наскучить государыне своими ходатайствами, — это просьбы за духовенство и за родную Малороссию. Императрица Елизавета также полюбила Малороссию, которую захотела лично осмотреть в 1744 г. и в которой ей оказан был чрезвычайно торжественный и вместе с тем сердечный прием; довольно долгое время она прожила в доме Разумовских, в городке Козельце, и познакомилась там со всею родней бывшего лемешевского пастуха: особенно очаровал ее Киев, и она произнесла громко следующую фразу: «возлюби меня, Боже, в царствии небесном Твоем, как я люблю народ сей благонравный и незлобивый». Казаки подали через Разумовского прошение о восстановлении гетманства, и оно было милостиво принято государыней. Гетманом стал Кирилл Разумовский. Умирая, Елизавета Петровна взяла с наследника престола обещание, что он не будет обижать Разумовского.

С тайным браком императрицы Елизаветы Петровны и Разумовского связана загадочная история якобы детей их, Таракановых. В Европе в 70-х годах 18 века явилась искательница приключений, называвшая себя дочерью Елизаветы и Разумовского, султаншей Алиной, владетельницей Азова, княжной Володимирской, принцессой Елизаветой Всероссийской, сестрой Пугачева. Рассказывали о Таракановых, которые приняли монашеское послушание; такова была старица Досифея, на портрете которой имеется надпись: «принцесса Августа Тараканова, в иноцех Досифея». По другому преданию, были две княжны Таракановы, воспитывавшиеся в Италии; их коварно арестовал граф Орлов и велел утопить, но одну из них спас матрос, и она постриглась в монахини одного из московских монастырей. Аналогичные предания приурочены к различным городам России. Гельбиг говорит, что, по рассказам, у императрицы Елизаветы было 8 детей (Закревские), но он уверен, что у нее был только сын от Разумовского (Закревский) и дочь от Шувалова. По мнению г. Васильчикова, весьма веро ятному, басня о Таракановых обязана своим происхождением тому факту, что Разумовский действительно воспитывал за границей (в Швейцарии) своих племянников Дараганов (или, как их иначе называли, Дарагановых), Закревских и Стрешенцова. Иностранцам нетрудно было переделать Дарагановых в Таракановых и создать легенду об их особенном происхождении, тем более, что и воспитатель их, Дидель, по-видимому, распространял такую версию.

По смерти Елизаветы Разумовский поселился в своем Аничковом дворце. Вступив на престол, Екатерина II отправила к Разумовскому канцлера Воронцова с указом, в котором ему давался титул высочества, как законному супругу покойной государыни. Разумовский вынул из потайного ларца брачные документы, прочитал их канцлеру и тут же бросил в топившийся камин, прибавив: «я не был ничем более, как верным рабом ее величества, покойной императрицы Елисаветы Петровны, осыпавшей меня благодеяниями превыше заслуг моих… Теперь вы видите, что у меня нет никаких документов». Екатерина II, когда ей Воронцов доложил о происшедшем, заметила: «Мы друг друга понимаем. Тайного брака не существовало, хотя бы и для усыпления боязливой совести. Шепот о сем всегда был для меня неприятен. Почтенный старик предупредил меня, но я ожидала этого от свойственного малороссиянину самоотвержения».

По словам его биографа, Разумовский «чуждался гордости, ненавидел коварство и, не имея никакого образования, но одаренный от природы умом основательным, был ласков, сниходителен, приветлив в обращении с младшими, любил предстательствовать за несчастных и пользовался общей любовью».

С годами бывший фаворит стал хворать и в последние месяцы 1770 года не вставал уже с постели. Сумароков, бывший его адъютант, навестил его и застал его очень больным. Он скончался 6 (17) июня 1771 года в своем Аничковом дворце и был погребён в Благовещенской церкви Александро-Невской лавры в Петербурге.



Салтыков Петр Семенович
1698-1772

В начало

Салтыков Петр Семенович
Салтыков Петр Семенович

Петр Семенович Салтыков - Генерал-фельдмаршал. С именем Петра Салтыкова связаны наиболее крупные успехи русской армии в Семилетней войне 1756-1763 гг., когда Россия противоборствовала с Пруссией, помогая Австрии и другим своим союзникам. Полководческий дар Салтыкова на первый взгляд проявился неожиданно, так как ни до, ни после Семилетней войны он ничем особенным себя не проявил. Именно с Салтыкова начался процесс укрепления национальных начал в развитии военного искусства России.

Будущий фельдмаршал родился в 1698 году и был сыном генерал-аншефа С.А. Салтыкова, родственника императрицы Анны Иоанновны. Близость к царствующему дому обеспечила ему первоначальную карьеру.

В 1714 г. он был зачислен в гвардию и отправлен для обучения морскому делу во Францию, хотя не имел расположения к морской службе. В начале 30-х гг. возвратился в Россию, вскоре пожалован в действительные камергеры и чином генерал-майора.

В 1734 г. в составе войск фельдмаршала Миниха принимал участие в походе в Польшу против С. Лещинского, объявившего себя королем.

В 1742 г. генерал-поручик Салтыков отправляется на русско-шведскую войну, участвует в военных действиях сначала под начальством генерала Кейта, затем фельдмаршала Ласси, за отличия в боях награжден шпагой с бриллиантами. После войны Салтыков командовал Псковской дивизией, ландмилиционными полками на Украине, выслужил чин генерал-аншефа.

В 1756 г. его перевели в Санкт-Петербург на должность командующего Шуваловским корпусом, расквартированным в столице.

Неудовлетворительное ведение войны против Пруссии в кампаниях 1757 - 1758 гг. и непопулярность в войсках главнокомандующего В. В. Фермора вынудили Елизавету искать среди русских генералов другую кандидатуру на пост главнокомандующего. Выбор пал на Салтыкова, который в июне 1759 г. возглавил русскую армию. По отзывам современников, мало кто верил, что этот "седенький, маленький и простенький старичок", "сущая курочка", сможет успешно противостоять войскам знаменитого Фридриха II Великого. Но 60-летний русский генерал проявил себя с самой лучшей стороны, продемонстрировав полководческое искусство, твердость, здравый смысл, а также знание русского солдата.

Русский военный историк Масловский писал о Салтыкове: "Широкий, прямой и верный взгляд на военное дело, чисто русская преданность России и любовь к солдату были качества, присущие новому главнокомандующему".

Салтыкову было предписано действовать совместно с австрийцами, и для соединения с ними он двинулся к Одеру. Прусский корпус генерала Веделя пытался перекрыть дорогу русской армии, но благодаря хорошей разведке и умелым перемещениям Салтыков постоянно опережал противника, оставляя его в неудобных для атак позициях.

12 июля у деревни Пальциг Ведель, несмотря на невыгодное расположение своих войск, решился дать русским сражение. Салтыков развернул свою армию в две линии на высотах и оборудовал артиллерийские батареи, часть которых имела на вооружении так называемые единороги, способные вести огонь через головы своих войск. Прусский корпус, с потерями преодолев дефиле между болотами и высотами, повел отчаянные атаки на фланги противника. Активной штыковой борьбой и губительным огнем артиллерии русские расстроили ряды неприятеля. Затем Салтыков фланговым движением первой линии поставил прусские бригады в безнадежное положение и разбил их поодиночке.

За успех при Пальциге императрица поощрила нижние чины полугодовым окладом жалованья (с выплатой которого казна не спешила), сам же главнокомандующий получил из Петербурга лишь письменную благодарность - победа при Пальциге в столице явно осталась недооцененной.

Продолжив с армией движение, Салтыков в районе Кроссена соединился с австрийским корпусом генерала Лаудона и, заняв Франкфурт-на-Одере, предложил австрийскому главнокомандующему Дауну развернуть совместное наступление на Берлин. Пока тот колебался, Фридрих II с главными силами прусской армии, переправившись через Одер севернее Франкфурта, решил ударом с тыла разгромить союзников.

1 августа у деревни Кунерсдорф произошло самое крупное сражение между прусской и русско-австрийской армиями в Семилетней войне. В распоряжении Фридриха в этом сражении было 48 тыс. человек и около 200 орудий, у генерал-аншефа Салтыкова - 41 тыс. русских, 18,5 тыс. австрийцев, 248 орудий.

Салтыков, заняв центром и правым флангом господствующие высоты и укрепив их в инженерном отношении, преднамеренно побудил Фридриха атаковать левый фланг русских войск. С огромным трудом пруссакам удалось овладеть позициями на левом фланге противника, но затем атаки прусской армии разбились о центр русско-австрийских войск, где особенно умело действовал генерал П. Румянцев, будущий знаменитый полководец. Безуспешными оказались и атаки лучшей в Европе прусской кавалерии Ф.Зейдлица, отступившей с большими потерями. Сражение, продолжавшееся весь день, завершилось беспорядочным отступлением прусской армии, которая потеряла около 19 тыс. человек, всю артиллерию и обоз.

Потрясенный неудачей, Фридрих едва не покончил с собой. "Все потеряно, спасайте двор и архивы", - писал он в Берлин. Шляпу прусского короля, бежавшего после сражения, подобрали русские солдаты. Как реликвия Кунерсдорфа она доныне хранится под стеклом на стенде в музее А. В. Суворова в Санкт-Петербурге.

За победу под Кунерсдорфом Елизавета удостоила Салтыкова фельдмаршальским чином, особой медалью с надписью: "Победителю над пруссаками", а австрийская императрица Мария Терезия подарила ему бриллиантовый перстень и табакерку с бриллиантами. Характерно, что сам главнокомандующий скромно оценивал свою роль в армии. отдавая должное русским офицерам и солдатам. "Ныне ее императорское величество, - писал Петр Семенович Елизавете, - имеет у себя много таких храбрых и искусных генералов, каких сомневаюсь, чтоб где столько было; а все свои".

После Кунерсдорфа прусская армия, используя несогласованность в действиях русских и австрийских войск, происходившую от противоречивых указаний из Вены и Петербурга, все же смогла оправиться от поражения и повести затяжную оборону. Поскольку Даун уклонялся от совместных наступательных действий, Салтыков в 1760 г. перенес главные усилия русской армии в Померанию, а часть сил направил в рейд на Берлин. Корпусу генерала З. Чернышева 28 сентября удалось занять прусскую столицу, но при подходе армии Фридриха он отступил на соединение с основными силами Салтыкова.

Сподвижники русского фельдмаршала замечали его неудовлетворенность затянувшимися позиционными формами ведения войны. Сковываемый инструкциями из Петербурга и бесконечными согласованиями с Веной, Салтыков тяготился тем, что фактически не имел возможности самостоятельно организовывать решительные наступательные операции. В конце 1760 г., ссылаясь на пошатнувшееся здоровье, он отпросился у императрицы уехать в Познань для лечения и вскоре покинул пост главнокомандующего.

С вступлением на престол Петра III (1761 г.) война с Пруссией была прекращена. В период кратковременного правления Петра Салтыков находился в бездействии, но в 1762 г. новая императрица Екатерина II вернула его на службу. В день своей коронации она пожаловала фельдмаршала золотой шпагой, осыпанной бриллиантами. В следующем году Петр Семенович стал членом правительствующего Сената, а в 1764 г. был назначен главнокомандующим и генерал-губернатором в Москву. Там он успешно управлялся с административными делами, но его ждала непредвиденная ситуация: в 1770 -1771 гг. в Москве разразилась эпидемия чумы, сопровождавшаяся бунтами.

В необычной для него обстановке 70-летний фельдмаршал растерялся, действовал нерешительно и удалился в подмосковную деревню Марфино, где переждал события. В апреле 1772 г. охладевшая к нему Екатерина разрешила Салтыкову выйти в отставку, а 26 декабря опечаленный фельдмаршал скончался в Марфино. Из знатных лиц на его похороны прибыл только генерал-аншеф П. Панин.

Герой Пальцига и Кунерсдорфа остался в памяти потомков как талантливый полководец, укрепивший авторитет русской армии в Европе. В сражениях Салтыков выходил за пределы господствовавшей тогда линейной тактики, смело маневрировал силами и средствами, выделял резервы, при проведении контратак применял колонны. Продолжателями заложенной им школы военного искусства стали Румянцев и Суворов.

В боевой обстановке Салтыков проявлял себя необычайно спокойно: когда ядра летели мимо него, он махал вслед их хлыстиком и шутил. За мужество и доброе отношение к солдатам он имел большую популярность в войсках.



Ковалевский Н.Ф. "История государства Российского. Жизнеописания знаменитых военных деятелей XVIII - начала XX века"

Соймонов Фёдор Иванович
1692-1780

В начало

Соймонов Фёдор Иванович
Соймонов Фёдор Иванович

Соймонов Фёдор Иванович — российский навигатор и гидрограф, исследователь и в дальнейшем губернатор Сибири, сенатор. Известен как первый русский гидрограф.

Родился в 1692 году, его отец Иван Афанасьевич был стольником при царском дворе.

С 1708 по 1711 г. учился в математико-навигацкой школе в Москве. После обучения в России его направили вместе с другими дворянскими детьми в Голландию. Проявил себя, выучив иностранные языки, и овладев навыками морского дела.

В 1715 г. вернулся в Россию, и после успешно выдержанного экзамена, начал службу на парусном линейном корабле Балтийского флота «Ингерманланд».

В 1719 г. по приказу Петра I под руководством К. Вердена была снаряжена экспедиция для изучения подробной географии Каспийского море. Формальной целью стало развитие торговых контактов со Средней Азией. Результатом экспедиции стала подробная карта западного и южного берега Каспийского моря. Вскоре состоялся Персидский поход во главе с императором Петром I.

В 1727 г. Соймонов был переведен для службы на Балтийском флоте.

В 1732 г. получил чин обер-штер-кригс-комиссара флота, что соответствовало IV классу в Табеле о рангах.

Принимал участие в войне за польское наследство 1733-1735 годов и отличился при осаде Данцига, во время которой успешно действовала русская эскадра, полностью заблокировавшая снабжение города с моря.

После капитуляции гарнизона города, вернулся в Санкт-Петербург и получил назначение в Адмиралтейств-коллегию, через два года стал прокурором и занимался расследованием различных злоупотреблений в морском ведомстве.

В 1738 г. поступил на службу обер-прокурором Правительствующего Сената, получил чин генерал-майора, но вскоре вернулся на прежнее место службы в Адмиралтейств-коллегию на должность вице-президента. Во время работы следственной комиссии по делу кабинет-министра А. П. Волынского, Федор Иванович также был привлечен к ответственности. Соймонова лишили всех чинов и наград, подвергли телесному наказанию и сослали на каторгу в Охотск.

После дворцового переворота и прихода на императорский трон Елизаветы Петровны, возвращен из ссылки. 17 марта 1742 г. по указу императрицы ему вернули шпагу, но никаких постов занять Соймонову не предложили.

Лишь в 1753 г. сибирский губернатор В.А. Метляев ходатайствую перед Сенатом о возобновлении Камчатской экспедиции, просил привлечь Федоровича Ивановича. Указом от 9 декабря Сенат утвердил проект губернатора о возобновлении Камчатской экспедиции под его руководством, получившей название Нерчинской секретной экспедиции, проводившейся с 1753 по 1765 г. По распоряжению губернатора в Нерчинке и Иркутске были открыты навигацкие школы, в устроении которых большое участие принимал Соймонов, преподававший в течение двух лет в Нерчинске.

После начала Семилетней войны, Метляева вызвали в действующий флот, а Федор Иванович занял пост губернатора. Новый губернатор продолжил прежние начинания и немало сделал для развития образования и становления морского дела в крае. После восшествия на престол Екатерины II подал прошения об отставке, которое было удовлетворено.

14 марта 1763 г. Соймонов прибыл в Москву, прослужил в сенаторской конторе еще три года и после этого поселился в своем имении в селе Волосове под Серпуховым.

Умер Фёдор Иванович 11 (22) июля 1780 года. Погребен за оградой Высоцкого монастыря.



Фермор Виллим Виллимович
1702-1771

В начало

Фермор Виллим Виллимович
Фермор Виллим Виллимович
Художник А.П. Антропов

Граф Фермор Виллим Виллимович — русский государственный и военный деятель, генерал-аншеф, генерал-губернатор Смоленска. Во время Семилетней войны командовал русской армией при Цорндорфе, под его руководством русские войска впервые заняли Восточную Пруссию с Кёнигсбергом. Потомки его дочери Сарры носили фамилию Стенбок-Фермор.

По происхождению шотландец, родился 28 сентября 1702 в Пскове. Его отец был русским генерал-майором.

С 1720 г. на военной службе.

В 1733 г. стал генерал-адъютантом фельдмаршала Б.Х. Миниха, в ходе войны за польское наследство принял участие во взятии Данцига.

Во время русско-турецкой войны 1735–1739 гг. отличился в ходе боя, когда под его командованием кавалерийский отряд в 350 человек, спешившись и построившись в каре, смог отразить нападение превосходящих сил турок и татар. В ходе боя Фермор был ранен, за проявленную храбрость был произведен в полковники.

В 1737 г. командовал авангардом армии, в 1739 г. сыграл заметную роль в битве под Ставучанами.

После окончания военной кампании против Турции стал комендантом в Выборге.

Во время русско-шведской войны 1741–1743 гг. отметился взятием Вильманстранда, за что получил орден Св. Александра Невского.

С 1746 г. возглавлял Канцелярию от строений. При нем был построен Воскресенский Новодевичий монастырь в Санкт-Петербурге. Строительство курировала лично императрица Елизавета Петровна.

В 1756 г. была осуществлена масштабная перестройка Зимнего дворца.

Вскоре после начала Семилетней войны 1756–1763 гг. Фермор подал прошение об отправке в действующую армию, которое было удовлетворено. Под его командованием находился отдельный осадный корпус, продвигавшийся вдоль Балтийского побережья и успешно взявший Мемель, Тильзит и замок Рагнит. После объединения основных сил русских войск Фермор возглавил первую дивизию. После отставки С.Ф. Апраксина под его командованием оказалась вся заграничная русская армия.

В 1758 г. русские войска захватили Тильзит и Кенигсберг, после чего под их контролем оказалась вся территория Восточной Пруссии. Был поставлен генерал-губернатором над областями, ранее входившими в Прусское королевство. Все жители принесли присягу на верность императрице Елизавете Петровне. На этом посту он многое сделал для развития торговых связей с Польшей, строительства дорог, подъема сельского хозяйства. 12 июня был пожалован титулом графа Римской империи.

В ходе знаменитого сражения при Цорндорфе командовал 42-тысячной русской армией, в итоге пруссаки потерпели поражение.

В мае 1759 г. передал командование армией генерал-фельдмаршалу П.С. Салтыкову, но остался при ней до конца кампании. Примечательно, что в это время дивизионным дежурным под его началом служил подполковник А.В. Суворов. Принял участие в сражении под Пальцигом и при Кунерсдорфе. Одно время даже замещал заболевшего Салтыкова, в это время русские войска взяли Берлин.

В ноябре 1759 г. во главе армии был поставлен А. Б. Бутурлин. Вскоре после воцарения Петра III, окончившего войну, в 1762 г. был уволен со службы.

После дворцового переворота в марте 1763 г. Фермор стал смоленским генерал-губернатором.

В 1764 г. стал сенатором, был поставлен во главе комиссии о соляных и винных сборах.

В октябре 1768 г. подал прощение об отставке, которое было удовлетворено.

Умер граф Фермор 8 февраля 1771 года.



Шувалов Александр Иванович
1710-1771

В начало

Шувалов Александр Иванович
Шувалов Александр Иванович

Граф Шувалов Александр Иванович — доверенное лицо Елизаветы Петровны и в особенности Петра III, камергер, начальник Канцелярии тайных розыскных дел, генерал-фельдмаршал, сенатор, член Санкт-Петербургской конференции.

Родился в 1710 году. По происхождению и по воспитанию принадлежал к тому роду государственных деятелей, которых выдвинула Петровская реформа.

Благодаря старанию отца — Ивана Максимовича Старшего — был причислен ко двору цесаревны Елизаветы Петровны в качестве пажа вместе со своим братом Петром.

До 1741 г. Шувалов играл в нем значительную роль и считался в числе трех самых близких к Елизавете Петровне лиц. В числе других приближенных Елизаветы Петровны, принял деятельное участие в перевороте 25 ноября 1741 г. и начал после этого быстро повышаться в рангах и должностях.

24-го декабря 1741 г., вместе с Алексеем Разумовским, Михаилом Воронцовым и Петром Ивановичем Шуваловым, Александр Иванович повышен из камер-юнкеров в действительные камергеры и затем назначен лейб-кампании подпоручиком.

В день коронования императрицы, 25 апреля 1742 г., все участники переворота были осыпаны милостями — Александр Иванович награжден кавалерией ордена св. Александра Невского.

В 1746 г. Александр Иванович делается начальником Тайной канцелярии, наводя "ужас и страх на всю Россию".

9-го июня 1746 г., по именному указу, Александр Иванович пожалован в генерал-адъютанты к императрице.

5 сентября 1746 г. последовала новая милость Александру и Петру Ивановичам Шуваловым с нисходящим потомством: им даровано было графское Российской Империи достоинство.

С 1751 г. Александр Иванович делается одним из крупных владетелей заводов, идя и в этом отношении за своим братом Петром. Указом 13 февраля ему пожалованы Истицкие и Угоцкие железные заводы в Малоярославецком и Боровском уездах и единовременно дворцовая Вышгородская волость в Верейском уезде. Растет и его служебное значение.

10-го сентября 1751 г. Александра Ивановича назначают в армию к дивизиям аншеф-командующим, с надлежащими по его чину штатами, и повышают соответственно жалованье.

18 (29) декабря 1753года получает высшую награду Империи — Орден Святого апостола Андрея Первозванного.

В апреле 1754 г. после смерти Чоглокова и на смену ему Александр Иванович был назначен гофмейстером двора великого князя Петра Феодоровича, на которого делала ставку Шуваловы, что стало их фатальной ошибкой впоследствии.

16 августа 1760 г. Шувалов был назначен сенатором. После смерти Елизаветы и вступления на престол Петра III, последний произвел его в генерал-фельдмаршалы 28 декабря 1761 года и пожаловал ему две тысячи крестьян, с предоставлением выбора, где пожелает.

Историки спорят о роли Шувалова в перевороте 28-го июня 1762 г., когда на престол вступила Екатерина II, настроенная враждебно к Шуваловым.

В 1763 г. он уходит в отставку. Последние годы жизни провёл с семьёй в усадьбе Косицы Верейского уезда Московской губернии. От брака с Екатериной Ивановной Кастюриной (1718-1790) имел единственную дочь Екатерину (1733-1821), выданную замуж 1750 году за графа Гаврила Ивановича Головкина (ум. 1787).

Умер Александр Иванович в 1771 году, похоронен в построенной им церкви Преображения.



Шувалов Иван Иванович
1727-1797

В начало

Шувалов Иван Иванович
Шувалов Иван Иванович
Художник Ф. Рокотов

Шувалов Иван Иванович — русский государственный деятель, генерал-адъютант (1760), фаворит императрицы Елизаветы I Петровны, меценат, основатель Московского университета и Академии художеств. Обер-камергер (1778), действительный тайный советник (1773). Графского титула он (в отличие от своих двоюродных братьев) не имел.

Почётный член Императорской Академии наук (1778), действительный член Императорской Российской академии (1783), член Лондонского королевского общества (1758). Один из создателей Академического словаря.

Родился 1 [12] ноября 1727 года, в Москве. С ранних лет хорошо знавший иностранные языки, Шувалов уже с 1749 г. начинает играть роль при дворе императрицы Елизаветы Петровны, которая в конце своего царствования сделала его генерал-адъютантом и членом конференции (современного государственного совета). Он нередко объявлял сенату и высшим чиновникам именные повеления; к нему обращались в затруднительных случаях, когда нужно было особенное распоряжение императрицы; через него подавались просьбы и доклады на Высочайшее имя.

Шувалов действовал всегда «бескорыстно, мягко и со всеми ровно и добродушно», благодаря чему у него почти вовсе не было врагов. Он отказался от предложенных ему императрицей графского титула и обширных поместий; не принял также и предложения о выбитии медали в его честь.

Главная заслуга Шувалова заключается в покровительстве, оказанном им образованию. Самым видным делом его было учреждение по плану, составленному им вместе с Ломоносовым, первого русского университета в Москве для всех сословий, с двумя гимназиями при нем (1755).

Как первый «куратор» московского университета Шувалов входил во все подробности его строя и положения; особенно трудился над улучшением преподавания как в университете, так и в гимназиях, для чего приглашал иностранных ученых, отправлял молодых русских людей для усовершенствования за границу; по возвращении откуда последние занимали профессорские кафедры в университете (таковы были Зыбелин, Вениаминов, Третьяков, Десницкий и др.), и «ради успешного распространения знаний» устроил «университетскую типографию», в которой печатались заведенные им же «Московские Ведомости».

По его же инициативе возникли в 1757 г. академия художеств и в 1758 г. казанская гимназия. Академия возникла из учеников, которые, по распоряжению Шувалова, готовились для этой цели в московской гимназии, и находилась под его непосредственным ведением до 1763 г. Впоследствии из-за границы он выслал для академии снятые, по его распоряжению, формы лучших статуй в Риме, Флоренции и Неаполе.

Особенным покровительством Шувалова с самого начала пользовался Ломоносов, воспевший его в нескольких своих одах и «рассуждениях». При непосредственном участии и наблюдении Шувалова появились в свет составленная Вольтером «Histoire de l’empire de Russie sous Pierre le Grand».

С воцарением Екатерины II положение при дворе Шувалова пошатнулось, и он в 1763 г. уехал за границу, где пробыл 14 лет. За границей он был всюду принят «с великими почестями и предупредительностью», всячески старался помогать русским художникам и ученым, и исполнил личное поручение императрицы Екатерины, ходатайствуя перед папой о замене папского нунция в Варшаве Дурини лично известным Шувалову и им же указанным папе Грампи.

Возвращение в 1777 году Шувалова на родину было приветствовано в печати целым рядом хвалебных стихотворений, среди которых особенно замечательно «послание» Державина. Императрица назначила его обер-камергером и сделала одним из любимых своих собеседников. У него постоянно собирались княгиня Дашкова, Завадовский, Храповицкий, Козодавлев, Янкевич, Дмитриев, Шишков, Оленин, Державин и др.

С княгиней Дашковой он разделял труды по изданию «Собеседника любителей российского слова»; один из первых восхищался стихами Державина и содействовал его известности. Замеченный им на акте московского университета Е. И. Костров трудился над переводом «Илиады», живя в доме Шувалова. Ему многим обязаны Фонвизин, Богданович, Херасков.

В 1784 г. он выдвинул известного крестьянина-самоучку Свешникова. Сам Шувалов писал немного: ему принадлежат лишь несколько переводов и стихотворений или без подписи, или под чужим именем.

Умер 15 [26] ноября 1797 года в Санкт-Петербурге.



Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона

Шувалов Петр Иванович
1711-1762

В начало

Шувалов Петр Иванович
Шувалов Петр Иванович

Граф Шувалов Пётр Иванович — глава русского правительства на исходе царствования Елизаветы Петровны, генерал-фельдмаршал, конференц-министр, камергер, сенатор, реформатор и изобретатель. Отец писателя Андрея Шувалова, от которого происходят последующие графы Шуваловы.

Родился Пётр Иванович в 1711 году. Сын генерал-майора Ивана Максимовича Шувалова Петр в двенадцать лет был определен пажом к императрице Екатерине 1, а в 1731 г. назначен камер-юнкером цесаревны Елизаветы Петровны. Благодаря женитьбе на любимице цесаревны Мавре Егоровне Шепелевой он стал одним из самых близких и доверенных к ней лиц.

Принимал активное участие в дворцовом перевороте 25 ноября 1741 г., результатом которого стало восшествие на престол Елизаветы. После смены правления Петр Шувалов получил звание действительного камергера, чин подпоручика лейб-кампании и генерал-майора и был награжден орденом св. Александра Невского.

Спустя два года стал поручиком лейб-кампании и генерал-лейтенантом, а в 1746 г. получил графский титул Российской империи и сенаторское звание. В последующие несколько лет граф Шувалов удостоился практически всех званий и отличий, существовавших в Российской империи: с 1748 г. — генерал-адъютант, с 1751-го — генерал-аншеф, с 1753-го — кавалер ордена св. Андрея Первозванного.

П. И. Шувалов занимался реорганизацией русской армии и системой ее управления накануне Семилетней войны, осуществляя подготовку резервов. Он упорядочил систему рекрутских наборов, разделив страну на пять полос, так что набор в армию в каждой из них производился только один раз в пятилетие. Считая главным родом оружия артиллерию, основное внимание уделял именно ей. Он стал начальником особого Обсервационного корпуса, который сам и сформировал, состоящего из пяти полков и насчитывавшего до 3 тысяч человек. На его вооружении состояло 36 единорогов — прототипов современных гаубиц; даже свое название эти орудия получили от легендарного животного, изображенного на гербе Шуваловых. За орудиями такого типа название «единорог» сохранялось в течение почти ста лет. Однако, но отзыву современников, орудия «шуваловской» конструкции стреляли одинаково плохо как ядрами, так и картечью и довольно быстро были сняты с вооружения. В целом артиллерия была значительно усилена. Число орудий действующей армии в период Семилетне й войны было доведено до 800.

Под руководством Шувалова было построено несколько оружейных заводов, в 1758 г. для подготовки офицеров основан артиллерийский кадетский корпус. Шувалов выдвинул проект создания первой военной академии в России и представил докладную записку «О военной науке», в которой обобщил передовые для своего времени принципы военной теории. Идеи Петра Ивановича отразились и на составлении военного устава 1755 г., заменившего петровский устав 1716 г. Новый устав придерживался оборонительных начал и огневой тактики; особое значение в нем отводилось артиллерии, а от пехоты требовалась главным образом огневая поддержка.

С 1758 по 1760 г. Шувалов занимал пост вице-президента Военной коллегии и благодаря этому мог воздействовать на состояние русской армии, зачастую даже злоупотребляя своим положением. В Семилетней войне, как член Конференции при высочайшем дворе, активно влиял на ход военных действий, вмешиваясь в распоряжения главнокомандующих и давая указания о передвижении войск.

По своему значению и деятельности Петр Шувалов занимал одно из первых мест среди деятелей елизаветинской эпохи. Почти все, что обсуждалось в Сенате с 1745 по 1761 г., было предложено им. Он не мог существовать без проектов, касавшихся самых разнообразных государственных нужд, прежде всего армии и финансов. Любимым его детищем была артиллерия, в усовершенствовании которой он принимал личное участие. К концу царствования Елизаветы Петровны русская артиллерия была одной из лучших в Европе.

В последние годы правления Елизаветы Шувалов тяжело заболел «от беспредельной ревности своей к пользам империи и трудов, истощивших здоровье», но, несмотря на свою болезнь, оставался в силе и в первые дни царствования Петра III, пожаловавшего его 28 декабря 1761 г. в генерал-фельдмаршалы. Спустя всего несколько дней, 4 января 1762 г., Петр Иванович скончался и был погребен в Александро-Невской лавре, на Лазаревском кладбище.



Соловьев Б.И. «Генерал-фельдмаршалы России»